Победитель ННД

Путин встретился с организациями людей с инвалидностью

Путин встретился с представителями организаций людей с инвалидностьюПредседатель правительства РФ встретился с представителями организаций людей с инвалидностью.

Стенограмма встречи:

Дорогие друзья, добрый день! Я позволю себе именно так к вам обратиться, потому что многих я знаю очень давно, в течение уже не одного года. Мы регулярно – не так часто, но регулярно – со многими из здесь присутствующих встречались, обсуждали проблемы, ради которых собрались и сегодня.

Мне очень приятно, что площадка Общероссийского народного фронта становится действительно дополнительным каналом для обсуждения очень важных вопросов, касающихся самых различных сфер деятельности государства, в том числе такой важной сферы, как работа с людьми с ограниченными возможностями и создание необходимых условий, для того, чтобы люди могли самовыражаться, самоутверждаться в жизни, чувствовать себя в полном смысле этого слова полноценными людьми.

Я сразу должен сказать: у нас 13 млн инвалидов в стране и многие из них действительно являются и без всякого преувеличения выдающимися людьми. Спортсменами, успехами и достижениями которых я лично восхищаюсь, смотрю на это просто с восхищением. Среди них и учёных много, и общественных деятелей, и литераторов – в общем людей самых разных профессий и направлений деятельности. Но вместе с тем (и это нужно признать), к сожалению, у нас ещё, в нашей стране до сих пор не только не всё сделано, а очень мало сделано, для того чтобы создать необходимые условия для людей, которые столкнулись с определёнными проблемами в жизни.

Вы знаете, что мы подписали Конвенцию ООН «О правах инвалидов». Думаю, что это серьёзный шаг на пути к созданию необходимых условий, для того чтобы люди с ограниченными возможностями чувствовали себя более комфортно. Здесь сразу несколько направлений деятельности, на которые мы должны обратить особое внимание. Кстати говоря, ещё до ратификации Конвенции Организации Объединённых Наций «О правах инвалидов», мы уже сейчас приступили к адаптации нашего внутреннего законодательства под эту Конвенцию. Мы должны будем внести более 50 поправок или абсолютно новых положений в действующее российское законодательство. Работа эта уже началась.

Конечно, я к этому тезису вернусь ещё неоднократно. Конечно, здесь нужно, чтобы руководители, представители инвалидных организаций, других общественных объединений, которые поддерживают инвалидов, принимали в этой работе самое непосредственное прямое участие, так же как и по некоторым другим направлениям. Но первое о чём бы хотел сказать, это, конечно, то, на что у нас, к сожалению, раньше вообще не обращали никакого внимания и то, что мы должны будем делать почти с нуля или уже делаем почти с нуля. Это создание так называемой «Доступной среды». На эти средства мы до 2015 года выделяем 50 млрд рублей. Много это или мало? Для начала, мне кажется, если по уму эти деньги расходовать, то, в общем, люди должны почувствовать определённые изменения. Кстати говоря, и здесь тоже нам необходимо очень тесно работать с представителями инвалидных организаций. Мы знаем это уже по собственному скромному опыту. Может быть, вы слышали, я некоторое время назад просил коллег в здании Правительства поработать и создать так называемую «Безбарьерную среду». Что получилось? Вот сейчас мне только коллеги рассказали. Когда приступили к организации этой работы, к этой работе, а потом показали представителям инвалидных организаций, что делается, выяснилось, что сразу надо всё переделывать. И, конечно, это уже о многом говорит. Но лиха беда начало, я уверен, что мы в здании Правительства точно это всё сделаем и сделаем как положено. И хотел бы сейчас обратиться к коллегам и в регионах Российской Федерации и в муниципалитетах: все административные здания уж точно прямо сейчас нужно оборудовать всеми необходимыми средствами, для того чтобы люди с ограниченными возможностями чувствовали себя комфортно. Это можно и нужно сделать немедленно.

Другая проблема, о которой хотел бы сказать, – это проблема обеспечения рабочими местами. Это проблема непростая. К сожалению, это говорит об определённом моральном настрое в обществе. Вот, к сожалению, как только кризис начался, первое, что начали делать на некоторых предприятиях, – начали сокращать кооперацию с предприятиями, где работают инвалиды. Знаете, меня это шокировало просто. Но я очень рассчитываю на то, что такая позитивная реакция, которая последовала на некоторые замечания из Правительства в определённых объединениях, на предприятиях, которые восстановили эту кооперацию, будет носить неэпизодический характер. Для этого, конечно, и государство должно предпринимать определённые шаги. Вы знаете, что мы ввели субсидии для предприятий всех форм собственности для создания рабочих мест для людей с ограниченными возможностями. Сначала это было 30 тыс. рублей. Мы увеличили это до 50 тыс. рублей. И за 2010 год и первое полугодие 2011 года при государственной поддержке было создано 12,8 тыс. новых рабочих мест для людей с ограниченными возможностями.

В федеральном бюджете на этот год на 25% увеличен и объём финансирования закупок технических средств реабилитации – до 15,5 млрд рублей. И здесь, конечно, очень важно, чтобы государственные ресурсы пошли на приобретение действительно качественного оборудования. Мне бы очень хотелось, чтобы мы наконец в нашей стране начали производить нужную для людей с ограниченными возможностями и качественную технику. Наверное, вы знаете, на днях на площадке АвтоВАЗа немецкая компания «Отто Бокк» начала выпуск кресел-каталок для инвалидов. Это хороший пример дальнейшего развития современной реабилитационной индустрии на территории нашей страны. Я очень рассчитываю на то, что это будет развиваться и дальше.

Расширяя доступ к трудовой деятельности, повышая индивидуальную мобильность инвалидов, государство ни в коем случае, конечно, не будет уходить от своих обязательств по всесторонней поддержке – я имею в виду и повышение пособий, и повышение социальных пенсий. Они у нас пока скромные, но всё-таки с 1 февраля мы проиндексировали на 8,8% пенсии по инвалидности, а с 1 апреля – социальные пенсии на 10,3%. С 1 января 2012 года дополнительно к пенсии планируем ввести ежемесячную денежную компенсацию инвалидам вследствие военной травмы. Они сегодня у нас получают где-то около 21 тыс.

Кроме того, Правительство приняло решение о предоставлении людям с ограниченными возможностями по здоровью бесплатного проезда на фирменных поездах к месту лечения и обратно. Раньше, знаете, можно было пользоваться этой услугой только в обычных поездах. Вместе с тем, для того чтобы люди с ограниченными возможностями могли жить обычной жизнью, недостаточно только повышать пенсии, хотя это очень важно, недостаточно ликвидировать даже технические и административные преграды. Нужно, конечно, работать с людьми, причём с самого раннего возраста – со школ. Рассчитываю, что к 2016 году количество школ, в которых созданы условия для учёбы детей с ограниченными возможностями по здоровью – со своими сверстниками, у которых таких ограничений нет, – должно возрасти более чем в 8 раз, с 1,2 тыс. до 10 тыс. У нас, к сожалению, сегодня в общем объёме наших школьных учреждений это всего 2,5%.

Естественно, все условия должны быть созданы и в вузах, университетах. У нас запланирована встреча с ректорским корпусом, обязательно эту тему пообсуждаем. И конечно, нужно поддерживать (мы будем это делать и дальше) общественные организации инвалидов: мы на 20% увеличили в текущем году этот объём – до 950 млн рублей. Будем поддерживать общественные организации, как я сказал, не только инвалидные, но и те, которые работают с инвалидами напрямую, волонтёрские движения и так далее.

Это то, что я хотел бы сказать вначале. Спасибо вам большое за то, что вы меня внимательно выслушали, за ваше терпение… Пожалуйста, я предлагаю теперь поговорить по всему широкому кругу проблем, которые вы считаете актуальными и необходимыми для обсуждения. Прошу вас.

В.А.Крупенников (член комиссии Общественной палаты Российской Федерации по социальным вопросам и демографической политике, председатель региональной общественной организации инвалидов «Стратегия» (Москва)): Уважаемый Владимир Владимирович, раз уж я начал первым выступать, хочу Вас поблагодарить за ту огромную работу, которую в последнее время проводит Правительство Российской Федерации в области создания достойных условий жизни для инвалидов, улучшения качества их жизни.

Я являюсь членом Общественной палаты, и сегодня бы я хотел озвучить те вопросы, которые поднимались в последнее время в Общественной палате в области решения тех или иных проблем, которые касаются инвалидов.

Вы сейчас сказали о том, что поддерживаете и будете поддерживать организации инвалидов. На слушаниях в Общественной палате неоднократно поднимался вопрос, проблема обеспечения не общероссийских общественных организаций инвалидов, а региональных – местных, маленьких инвалидных организаций. Дело в том, что огромное количество инвалидов состоит именно в этих организациях, и именно эти организации проводят огромную и важную работу. Но, к сожалению, эти организации зачастую стоят на грани выживания.

Дело в том, что местные бюджеты могут финансировать программы региональных организаций только на конкурсной основе. И региональные организации зачастую живут только, выигрывая гранты и конкурсы. Таким образом, очень трудно системно работать. Простой пример: наша организация совместно с ВМК МГУ имени Ломоносова (факультет вычислительной математики и кибернетики) занимается дистанционным образованием инвалидов в области IT-технологий. Понимаете, у нас идут курсы: отучился первый курс, отучился второй курс. Но я не уверен, смогу ли я завтра выиграть грант, найду ли финансирование, чтобы люди, которые отучились первые два курса, смогли учиться на третьем курсе.

Другая ситуация. Мою программу вносят в городскую программу социальной адаптации инвалидов, но опять-таки в связи с 94-м законом эта программа выставляется на конкурс. Выходит на конкурс рейдер совершенно из другой области, не из Москвы даже, опускает цену, выигрывает конкурс – человек, вообще не разбирающийся в проблемах инвалидов, ему это вообще неинтересно. Ему важно получить деньги и потом заняться шантажом организаций инвалидов. Поэтому я считаю, что эти организации инвалидов, о которых я говорю… Понятно, что опасно поголовно всех поддерживать: очень много жуликов, которые прикрываются инвалидными организациями, но местные власти отлично знают те организации, которые на самом деле работают и на самом деле делают важное дело. И вот этим организациям нужно дать возможность, конечно, помогать. Создание доступной среды – крайне важная задача, так как она способна…

В.В.Путин: Извините, Владимир Александрович, сразу вот: как бы вы предложили организовать эту работу таким образом, чтобы, во-первых, там не было, как вы сказали, рейдеров, то есть тех, которые за деньгами пришли, а потом продают своё право на бюджетное финансирование, и чтобы в административных структурах всё-таки не было желания эти деньги куда-то налево…

В.А.Крупенников: Я думаю, что, наверное, по принципу социальных НКО (некоммерческие организации). Когда у нас сейчас создаётся базис социальных НКО, я думаю, что, может быть, стоит создать отдельную социальную базу общественных организаций инвалидов. Мы же все друг друга знаем, мы отлично знаем, кто как работает. Общественные советы инвалидов при городских или региональных структурах власти могут решать вопрос, какие организации действительно могут пользоваться такими привилегиями, а какие, извините, занимаются чем-то не тем.

В.В.Путин: Если я правильно понял, вы предлагаете создать такой совет и сам совет наделить правом распределения этих ресурсов?

В.А.Крупенников: Я думаю, что, по крайней мере, как совещательный орган при главе региона это должно быть.

В.В.Путин: Давайте подумаем. Дело в том, что что-то подобное мы в некоторых отраслях сделали – скажем, распределение ресурсов в области кинематографии. Эта область совершенно далёкая, но, тем не менее, механизмы те же самые: там тоже создана структура, которой даётся право самой по определённым направлениям распределять государственные ресурсы. Давайте подумаем.

В.А.Крупенников: Следующий вопрос. Это очень важный вопрос: технические средства реабилитации. Технические средства реабилитации – это те средства, которые компенсируют физические недостатки инвалидов. И зачастую, при правильно подобранном техническом средстве реабилитации инвалид получает свободу передвижения, свободу учиться, свободу работать. Я понимаю, что в связи с дефицитом бюджета в феврале этого года вступил в силу федеральный закон №351 «О внесении изменений и дополнений в федеральные законы “О ветеранах” и “О социальной защите инвалидов”», который в том числе отменил 100-процентную компенсацию за самостоятельно приобретённые технические средства реабилитации. Я считаю… Нет, не я считаю, а многие инвалидные организации (мы проводили не одно слушание по этой тематике) считают, что существуют определённые виды технических средств реабилитации, к которым я бы отнёс, наверное, протезы, ортезы, некоторые виды инвалидных колясок, сложную ортопедическую обувь, сложную одежду, которые могут обладать особыми индивидуальными характеристиками и которые не учтены в предлагаемой Минздравсоцразвития классификации ТС или могут просто отсутствовать в ассортименте.

Дело в том, что если человек самостоятельно приобретает техническое средство реабилитации, – да, он получит компенсацию, но эта компенсация будет в размере стоимости этого ТС по конкурсу (конкурсная цена всегда ниже рыночной). Это уже будет в минус инвалиду. И второй момент: конкурса по именно этому техническому средству реабилитации, ему удобному, может и не быть, и возникнет такая ситуация, что инвалид, по сути дела, остаётся без какого-то необходимого индивидуального средства реабилитации. Я предлагаю всё-таки подумать над перечнем каких-то особых технических средств реабилитации, которые инвалиды могли бы всё-таки покупать, внимательно следя за тем, чтобы не было злоупотребления, как было до принятия этих поправок.

В.В.Путин: А как следить, чтобы не было злоупотребления? Мы должны какой-то общий порядок ввести, понимаете? Это такая тонкая сфера – я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что я сейчас говорю, – но мы должны иметь какой-то общий порядок, одинаковый для всех и прозрачный одновременно. Если не то, что действует, как внедрить то, что Вы предлагаете? То есть дать возможность людям приобретать всё, что они хотят, а потом приходить с чеком?

В.А.Крупенников: Нет. Конечно, нет. Во-первых, то, что они хотят приобрести, у них должно быть записано в индивидуальную программу реабилитации. И это тоже проблема, понимаете? Многие врачи не разбираются в технических средствах реабилитации и совершенно не разбираются в ассортименте. Когда я, например, проходил очередной ВТЭК, мне замглавврача говорил: «Ты понимаешь, из нас сделали, каких-то технарей. То, что ты мне сейчас говоришь, я ничего не понимаю: я врач, я знаю, как устроен твой позвоночник, как устроены суставы. Я знаю, как тебя лечить, но я слабо представляю, какая тебе нужна коляска, какие тебе нужны костыли и всё такое прочее». Понимаете? Очень важно, что в госпрограмме «Доступная среда» заложено реформирование МСЭ (Медико-социальная экспертиза), потому что в МСЭ обязательно должны работать врачи-реабилитологи, которые разбираются именно в технических средствах реабилитации и могут сказать, какое средство технической реабилитации инвалиду будет полезно, а какое может оказать даже вред.

В.В.Путин: А сейчас там этих врачей нет, что ли?

В.А.Крупенников: По сути дела, сейчас всё это проходит на уровне медицины. Я вот на своём примере говорю, что мне замглавврача в Москве…

В.В.Путин: Я понял, услышал. Татьяна Алексеевна (обращаясь к Т.А.Голиковой), надо посмотреть.

Т.А.Голикова: Нет, они есть, Владимир Владимирович, но они просто в недостаточном количестве. Поэтому это и есть одно из основных мероприятий программы «Доступная среда», и сейчас в рамках первого года будет проходить пилотный проект в нескольких регионах.

В.В.Путин: В трёх – Татарстан, Тверская область и…

Реплика: И Саратов.

В.В.Путин: И Саратов, да.

Т.А.Голикова: И в этих регионах мы как раз отработаем подходы к модернизации медико-социальной экспертизы, для того чтобы потом распространить их на территорию всей страны.

В.В.Путин: Но это точно надо сделать! Абсолютно согласен с Владимиром Александровичем. Извините.

В.А.Крупенников: И ещё один момент, Владимир Владимирович, о чём я Вас тоже хотел просить, тоже, наверное, не очень популярно, – это возврат (хотя бы для категории инвалидов военной службы с тяжёлыми увечьями) автомобиля как технического средства реабилитации. И возможно, в последующем постепенный возврат для инвалидов, которые лишены обеих нижних конечностей или с полностью парализованными ногами.

Дело в том, что автомобиль… Вот для меня, например, когда я стал инвалидом (пострадал в армии), это было окно в жизнь: я смог пойти учиться, я смог работать. В тот момент я не мог позволить себе самостоятельно приобрести автомобиль. Я думаю, что те люди, которые отдали своё здоровье, защищая Родину (служа в МВД, в МЧС, в армии), что они всё-таки заслужили, чтобы им тоже предоставлялся автомобиль.

Понимаете, дело в том, что отмена в 2005 году автомобиля как средства технической реабилитации – это не просто потеря автомобиля. Многие инвалиды, конечно, могут себе позволить и каким-то образом покупают автомобили. Но в чём проблема? Не стало автошкол, где инвалиды могут научиться водить машину. Как получить права? Это практически невозможно. Простые автошколы не имеют специализированного транспорта с ручным управлением, чтобы обучить инвалидов. Очень важная проблема – проблема установки ручного управления. Очень сложная процедура. Есть фирмы, которые устанавливают ручное управление. Но инвалид должен приехать туда, поставить ручное управление, поехать в ГИБДД, взять направление на экспертизу, поехать в НАМИ (Центральный научно-исследовательский автомобильный и автомоторный институт), взять постановление, что это всё соответствует нормам, поехать в ГИБДД поставить на учет. И надо учесть, что, пока он будет ездить, он будет нарушать закон, потому что он ездит на ручном управлении, которое не зарегистрировано. Надо упростить, надо дать возможность автосервисам – специализированным автосервисам, автосервисам по маркам машин – устанавливать ручное управление, и при установке этого управления на специализированном сервисе должны быть автоматические гарантии, что ГИБДД его поставит на учет.

В.В.Путин: Владимир Александрович, что касается транспорта, продумаем обязательно. Я такое поручение сформулирую нашим службам, министерствам – министерствам финансов, экономики, министерству здравоохранения. Обязательно посмотрим. Я просто вам обещаю. А что касается упрощения, Виктор Николаевич (В.Н.Кирьянов – заместитель министра внутренних дел), если можете прямо сейчас сказать, то скажите, если нет, то тогда в течение 10 дней представьте предложения Правительству. Пожалуйста!

В.Н.Кирьянов: Хорошо, все предложения предоставим. Но сегодня, если мы говорим о том, что автомобиль для этой категории будет государственный и будет продумано, какой автомобиль… Производить переоборудование, конструкцию менять должен тот завод, который проектировал этот автомобиль.

В.В.Путин: Вы понимаете, дело в том, что кто-то получит от государства, а кто-то, может быть, сам купит. Владимир Александрович абсолютно прав: нельзя гонять людей по городу из конца в конец, для того чтобы они решали эти чисто административные проблемы. Мы даже в сфере бизнеса сейчас везде пытаемся, и где-то небезуспешно, создать так называемую систему одного окна, когда человек приходит и на месте решает сразу все проблемы – с налогообложением, с регистрацией, со всеми другими формальностями. Но в данном-то случае это зависит только от органов власти и управления – создать нормальные условия для людей, которые могли бы в одном месте прийти и решить сразу все проблемы.

В.Н.Кирьянов: Проработаю и доложу.

В.А.Крупенников: Владимир Владимирович, еще немножко развивая тему, хотел сказать о доступности дорог в плане зон отдыха. Вот мне доводилось ездить самому за рулем по Европе, и через каждые 50 км есть зона отдыха, где есть инвалидные туалеты. У нас, к сожалению, этого нет, и я думаю, при развитии транспортной системы России этот вопрос нужно учитывать. Это удобно всем – и матери надо ребенка перепеленать где-то… Должны быть зоны отдыха, должны быть специальные санитарные узлы. И, конечно, огромный вопрос – это вопрос инвалидных парковок. К счастью, принят наконец закон, ужесточающий ответственность и юридических лиц за неправильную организацию парковок, и физических лиц за то, что занимают наши места. Но, к сожалению, пока очень плохо он работает. Инвалидные места практически повсеместно заняты сторонним транспортом.

Приведу пример. Было обращение к Президенту о том, что около торгового центра «МЕГА-Химки» не принимается никаких мер, разметка стёрта, инвалидные места заняты сторонним транспортом. Я как ведущий программы на «ТВ Центр» попросил поехать съёмочную группу. Мы приехали: действительно всё занято. Я пошёл к директору, его не было, был зам. Я говорю: «А что такое у вас происходит? Вы европейская в общем-то компания. Вы бы себе за рубежом вот такое не позволили!» Там всё размечено, там синим нарисованы знаки, попробуй подъехать. У нас ни одной инвалидной машины нет, инвалид вообще припарковаться не может.

Это большая проблема, и я обращаюсь к Вам с просьбой: может быть, мы проведём месячник «Инвалидная парковка»? Вот есть же у нас месячники «Школьные каникулы», «Чистый автомобиль». Может быть, нам провести такой месячник «Инвалидная парковка» и, самое главное, его разрекламировать, чтобы люди знали о том, что это проходит? Ведь почему ещё у нас возникает такая проблема? Отношение нашего общества, к сожалению, к инвалидам зачастую очень агрессивное. И нам необходимо формировать в обществе доброжелательное отношение к инвалидам – через средства массовой информации, через социальную рекламу, через инклюзивное образование, через совместное проведение в школах, детских садах праздников, вечеринок, где бы инвалиды и здоровые дети общались, потому что культуру поведения, отношения нужно вырабатывать с детства и воспитывать человека с детства в правильном понимании проблемы инвалидности. К сожалению, пока общество не будет готово воспринимать рядом с собой инвалидов, бессмысленно говорить о какой-либо интеграции, так как этот процесс у нас обоюдный. Большое Вам спасибо.

В.В.Путин: Спасибо. Что касается инвалидных парковок, у нас действительно был просто минимальный штраф – 200 рублей – за парковку на месте, где могут парковаться только машины инвалидов. Сейчас штраф поднят до нескольких тысяч – 5 тыс. Поэтому надеюсь, что это будет работать, но провести что-то вроде месячника, как бы дать толчок к наведению порядка в этой сфере – это предложение неплохое. Виктор Николаевич!

В.Н.Кирьянов: Владимир Владимирович, мы переговорили уже об этом. С большим удовольствием мы поддержим. И сегодня по административной практике мы постоянно эту работу ведём. Только в этом году уже больше 1 тыс. водителей, которые нарушают, наказаны за это. И будем продолжать эту работу.

В.В.Путин: Договорились. И сами примите участие. Поезжайте, посмотрите, где что происходит. Спасибо.

Так, пожалуйста, Владимир Сергеевич (обращаясь к В.С.Вшивцеву).

В.С.Вшивцев (вице-президент Общероссийской общественной организации инвалидов «Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых»): Уважаемый Владимир Владимирович! Во-первых, позвольте поблагодарить Вас за предоставленную возможность принять участие в данном совещании. И хотел бы сказать следующее: Всероссийское общество слепых приняло и поддержало идею создания «Народного фронта» и в рамках планируемых движением мероприятий провело в 52 регионах более 80 встреч, в которых участвовало более 1,5 тыс. активистов нашей организации. На этих встречах обсуждались проблемные вопросы, касающиеся жизнедеятельности инвалидов по зрению. Были жаркие споры, сформулировано более 100 предложений в программу «Народного фронта». Они проанализированы, обобщены и отправлены в Ваш адрес и в штаб движения. Хотелось бы коротко сказать о некоторых из них.

Первое – это самый волнующий нас вопрос ратификации конвенции Организации Объединённых Наций о правах инвалидов. Нам хотелось, чтобы эта ратификация произошла как можно быстрее. В преддверии этого события мы совместно с Министерством здравоохранения и социального развития проводим большую работу по рассмотрению предложений, направленных на внесение изменений в законодательные акты Российской Федерации, увязанных с положениями конвенции. Значительная часть предложенных нами изменений принята министерствами, и мы благодарим за эту работы Минздравсоцразвития.

Второе. Начала работать государственная программа «Доступная среда». Она даёт гораздо больше эффективности, интеграции инвалидов в общество, и, соответственно, нам хотелось бы, чтобы в её реализации более активное участие принимали инвалиды – не только на уровне общественных, экспертных советов, но и в разработке информационно-методических материалов, например. Почему? Потому что наши организации имеют богатый накопленный опыт.

Третье – это вопросы трудоустройства, занятости инвалидов, оказание поддержки и помощи предприятиям. Пользуясь случаем, лично Вам выражаем глубокую благодарность за понимание этих проблем и реально оказанную помощь предприятиям Всероссийского общества слепых. Почему? Потому что рабочие встречи, которые происходили у Вас с участием руководителя нашей организации, дали возможность стабилизировать ситуацию на предприятиях Всероссийского общества слепых, работающих с автопромом.

На сегодняшний день состоялись встречи с представителями Минэкономразвития, Минпромторга и руководителями автомобильных предприятий и есть очень серьёзные заделы, которые, скорее всего, будут прописаны в соглашениях, работающих на долговременной основе, то есть просматриваются перспективы развития. Соответственно, проблем очень много. Это и вопросы квотирования, и действие закона №94, и компенсация потерь, понесённых предприятиями инвалидов, и многое-многое другое. В рамках этой встречи, конечно, все эти проблемы обсудить сложно, но мы надеемся на запланированную с Вами встречу. Эта встреча, мы знаем, будет происходить с руководителями общероссийских общественных инвалидных организаций, и там эти проблемы будут озвучены и будут высказаны со стороны наших организаций предложения, которые сейчас в рабочем порядке обсуждаются с министерствами и ведомствами в рамках подготовки этого мероприятия.

Четвёртое. Нам хотелось бы, чтобы Вы поддержали реализацию очень важного, на наш взгляд, социального проекта. Два года назад организациями инвалидов Чеченской Республики было высказано предложение по созданию в Грозном комплексного реабилитационного центра, который дал бы возможность реабилитировать инвалидов всех категорий, не только проживающих на территории Чеченской Республики, но и других регионов Северо-Кавказского федерального округа. Данная инициатива была поддержана главой республики Рамзаном Ахматовичем Кадыровым. Сейчас этот проект реализуется на базе бывшего предприятия Всероссийского общества слепых, и он согласован с нашей организацией. На сегодняшний день на объекте заканчиваются строительные работы и рассматривается вопрос наполнения его оборудованием. Сам объект уникален. Почему? Потому что он позволит не только заниматься вопросами элементарной реабилитации, получения профессиональных навыков, но и в то же время даст возможность проведения большого количества социокультурных и спортивных мероприятий. Планируется организация производственного участка, где инвалиды смогут получать не только профессию или повышать свою квалификацию, но и производить продукцию, реализуемую на свободном рынке. Необходимо решить два вопроса. Это придание статуса этому реабилитационному центру, хотя бы в рамках Северо-Кавказского федерального округа, и оказание финансовой помощи и поддержки в его деятельности.

И пятое. Есть текущий вопрос, но он тоже требует решения. Это вопрос компенсации затрат на содержание собак-проводников. Дело в том, что сумма на сегодняшний день составляет 10 тыс. рублей в год, и на протяжении пяти лет она не менялась. Мы знаем, что Министерство здравоохранения и социального развития разработало проект постановления, где эта цифра увеличена до 16 тыс. рублей с ежегодной индексацией в перспективе. Мы Вас просим поддержать данный проект. И заканчивая своё выступление, мне бы хотелось отметить, что за последние годы встречи руководства страны и представителей инвалидных организаций стали носить системный характер, что позитивно сказывается на принятии решений, качественно влияющих на жизнь инвалидов. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо, Владимир Сергеевич. По собачкам обязательно решим. Сколько там надо денег?

Т.А.Голикова: Владимир Владимирович, там очень маленькая сумма средств. Правильно было сказано, что на 16,9 тыс. мы предлагаем установить размер с ежегодной индексацией. Но пока Министерство финансов занимает такую позицию, что в постановлении не нужно сразу предусматривать ежегодную индексацию, а рассматривать это одновременно с проектом бюджета. Если бы мы сегодня приняли решение, что всё-таки мы выбиваем ежегодную индексацию по уровню инфляции, потому что сумма небольшая на самом деле, то это было бы нормально.

В.В.Путин: Антон Германович!

А.Г.Силуанов (заместитель министра финансов Российской Федерации): На самом деле недоразумение какое-то. Сумма всего 8 млн рублей составляет…

В.В.Путин: Ну о чём говорить-то?!

А.Г.Силуанов: Конечно. Просто недоразумение какое-то вышло.

В.В.Путин: Считаем, что мы этот вопрос решили прямо сейчас.

В.С.Вшивцев: Владимир Владимирович, но всё-таки хотелось по центру ещё, чтобы вопрос…

В.В.Путин: По центру обязательно посмотрим. Это я с Рамзаном (Р.А.Кадыров – глава Чеченской Республики) должен переговорить, что там за объём, конкретно какое оборудование.

Т.А.Голикова: Владимир Владимирович, там 280 млн рублей – стоимость стройки. Строительство действительно завершается. Там есть одна проблема, и действительно, может быть, Вам есть смысл главе республики дать поручение относительно того, чтобы определились с разрешительной и проектно-сметной документацией, потому что её сегодня как раз мы получить не можем, для того чтобы окончательно определиться, о каких проблемах идёт речь.

В.В.Путин: Они ускорят. Они ребята дисциплинированные – они ускорят.

В.С.Вшивцев: Татьяна Алексеевна, документы на выходе, мы общаемся и с Правительством, и с вице-премьером, курирующим этот блок, так что работа там ведётся. Самое-то интересное – что вся эта работа согласовывается с нами. Почему? Потому что, нам, конечно, лучше известно, что такое доступность.

В.В.Путин: Но документы нужны, конечно. Без документов это невозможно.

Реплика: Обязательно.

В.В.Путин: Я уверен, что они сделают это и сделают как можно быстрее. Я с ним переговорю обязательно – с Рамзаном. Но это то место, где действительно это востребовано. Даже не сомневаюсь. К сожалению…

В.С.Вшивцев: Я могу привести цифру. Только инвалидов по зрению, являющихся членами нашей организации в рамках Северо-Кавказского федерального округа, – 18 тыс.

В.В.Путин: Ну вот. Владимир Сергеевич, рассмотрим обязательно и найдём возможность поддержать.

В.С.Вшивцев: Спасибо большое!

В.В.Путин: По поводу статуса нужно решить. По статусу, Татьяна Алексеевна, потом…

Т.А.Голикова: Это не проблема. Эта организация, по сути, является филиалом Всероссийского общества слепых. Если они примут решение, что это окружной, то здесь мы только поддержим.

В.В.Путин: Надо им посоветовать – они примут.

Т.А.Голикова: Хорошо.

В.В.Путин: Договорились.

Мне было очень приятно услышать, Владимир Сергеевич, что предприятия автопрома позитивно отреагировали на замечания с нашей стороны по поводу того, как нужно выстраивать отношения с инвалидными организациями, которые поставляют комплектующие детали. Там есть какой-то позитивный сдвиг, причём я хочу обратить внимание собравшихся на мой диалог с руководителями предприятий. Когда я их начал спрашивать: а что, инвалидные организации дают комплектующие хуже по качеству? Они говорят: нет. И это абсолютно объективно – ничем не уступают. Зачем же вы их тогда сокращаете? Легче всего потому что. Но то, что реакция есть и реакция положительная, – это очень хорошо. У меня, Владимир Сергеевич, вопрос такой: Вы не в курсе – там, в Москве есть предприятие…

В.С.Вшивцев: Call-центр?

В.В.Путин: Да, call-центр.

В.С.Вшивцев: Нет, мы отношения к нему не имеем, потому что это самостоятельно созданная структура. Конечно, я встречался в своё время с руководителями call-центра и говорил о том, что при подобных подходах сама система работать не будет. Почему? Потому что заявленные пожелания очень большие, а вот объёмы выполняемой работы не дают количество финансовых средств, покрывающее убытки, а заработные платы сразу были очень серьёзно накручены.

В.В.Путин: Там дело в том, что собственники предприятия как раз люди не с ограниченными возможностями.

В.С.Вшивцев: Да, там физические лица.

В.В.Путин: Да-да-да. Они там и накрутили, и кредиты набрали, какое-то оборудование накупили.

В.С.Вшивцев: Владимир Владимирович, мы неоднократно уже заявляли по этому поводу, что на сегодняшний день более эффективно использовать ту базу, которая уже есть, потому что вопросы создания рабочих мест на других предприятиях… Я думаю, что мы сами ещё не созрели морально для этого, то есть само общество ещё не готово принимать инвалидов. Почему? Потому что есть боязнь, что работающий инвалид понесёт за собой большое количество проблем, а вот этими проблемами наши предприниматели, конечно, заниматься не хотят. И здесь опыт, накопленный общественными объединениями, которые имеют свои производства, конечно, неоценим.

В.В.Путин: Это правильно. Здесь-то всё-таки предприятие создано. Мэр Москвы мне докладывал, что он вмешался, и я очень надеюсь, что предприятие они всё-таки сохранят.

Диана Гудаевна, вы тоже хотели сказать несколько слов. Пожалуйста.

Д.Г.Гурцкая: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые друзья! Прежде всего я хочу задать вопрос: что лично я могу сделать для «Народного фронта», для страны, используя такую уникальную площадку как диалог власти и общества? Простите за волнение. Я не политик, я не участвую в праймериз, но если моя скромная деятельность нужна, то, Владимир Владимирович, я всегда встану рядом. Но проблема, о которой я хочу сказать, – это невозможность добиться реализации принятых законов. Конечно, по линии Минздрава это проще, это проще, потому что Татьяна Алексеевна Голикова – это не просто министр, а искренне неравнодушный человек, который слышит сердцем.

В.В.Путин: Ну хоть кто-то её похвалил, а то все нападают.

Д.Г.Гурцкая: На самом деле это так! И ни одно обращение к ней от нас не остаётся без внимания. Но вот в других ведомствах всё намного сложнее. Я почти год пытаюсь устроить в Санкт-Петербургский интернат для незрячих детей маленького мальчика Милана Шубина из Котласа. Просто хочу сказать, что в Архангельской области нет интерната для незрячих. По одним нормативным актам, родители имеют право выбрать любой интернат, но по другим – ни в Москву, ни в Петербург не берут без прописки. Невозможно, невозможно пробить стену равнодушия и формального подхода местных чиновников! Но даже в таких ситуациях нельзя переходить в другую крайность, это в сознании – мир резервации, искусственные квоты и льготы и специальные места в партийных списках и так далее, потому что мы все видели, к чему это приводит в случае голодовки незрячих работников call-центра и истории с ночным клубом ДК ВОС.

Нас должны воспринимать как равных и оценивать исключительно как профессионалов. Люди у нас, поверьте, неравнодушные. 17 октября я и мои коллеги проводим Второй международный фестиваль творчества незрячих и слабовидящих юных артистов, и, конечно, мы решили и финансовую, и организационную проблему. Деньги нам не нужны, деньги не просим, давайте сделаем это под эгидой фронта.

Владимир Владимирович, пять лет назад я Вас приглашала на свой концерт, но Вы очень занятый человек, а сейчас я приглашаю Вас не к себе, а к Виктории и Валерии Артёмовым. Это те близняшки, которым Вы очень сильно помогли, и ещё ко всем другим участникам, которые имеют какие-либо ограничения, но при этом имеют мечту. Вместе мы – сила. Успехов Вам, храни Вас Бог.

В.В.Путин: Спасибо большое. А когда у Вас это мероприятие? В октябре?

Д.Г.Гурцкая: 17 октября.

В.В.Путин: 17 октября?

Д.Г.Гурцкая: Да.

В.В.Путин: Девочки тоже там будут выступать?

Д.Г.Гурцкая: Да-да-да!

В.В.Путин: Они переехали уже?

Д.Г.Гурцкая: Да, я с папой общалась, переехали. Я когда общалась, они были невероятно рады. Им было очень трудно, насколько я знаю эту ситуацию изначально. Потому что возить девочек столь далеко – это было невозможно. Я просто хочу слова благодарности сказать от них.

В.В.Путин: Спасибо. Спасибо большое! Что касается Санкт-Петербургского интерната, то, видимо, коллеги в Санкт-Петербурге не знают, что в соответствии с Конституцией прописка отменена. Я думаю, что они изменят свою позицию по этому вопросу. Мы с вами поговорим после мероприятия, ладно? И там поможем.

Д.Г.Гурцкая: Спасибо огромное!

В.В.Путин: Пожалуйста, Иванов Станислав Александрович.

С.А.Иванов (вице-президент Всероссийской общественной организации «Всероссийское общество глухих»): Уважаемый Владимир Владимирович! Благодарю Вас за предоставление мне слова. Я от имени Всероссийского общества глухих хочу выразить признательность Правительству Российской Федерации за ту работу, которую Вы проводите по проблемам социальной защиты инвалидов по слуху.

Наше Всероссийское общество глухих очень тесно и продуктивно занималось разработкой государственной программы «Доступная среда». Минздравсоцразвития постаралось учесть все вопросы, связанные с жизнедеятельностью инвалидов по слуху. Это, естественно, доступ к информации, доступ в транспортную структуру и другим социальным объектам, потому что самая для нас главная проблема – это доступ к информации. Инвалиды по слуху не слышат, поэтому им надо, им важно визуально всё видеть на всех социальных объектах.

Существуют проблемы – проблемы подготовки профессиональных кадров по оказанию услуг по сурдопереводу. Это преподаватели и переводчики русского жестового языка. Не решены проблемы, связанные с необходимостью повышения существующего статуса жестового языка. У нас отсутствуют государственные образовательные стандарты в области подготовки преподавателей, переводчиков русского жестового языка на базе высшего образования, что в значительной степени отражается на отсутствии достаточного количества квалифицированных специалистов и на качестве оказываемых услуг по сурдопереводу. Естественно, мы хотим, чтобы глухие, инвалиды по слуху, получали качественное образование, получали все услуги в судебных разбирательствах, нотариальных сферах, потому что русский жестовый язык – очень многогранный, он требует изучения, развития, государственной поддержки, потому что в образовательной сфере и во всех сферах очень много специфических слов, которые нужно донести до глухого. Должна быть обратная связь между глухим и переводчиком, поэтому очень важно иметь квалифицированных сурдопереводчиков, которые бы могли оказать качественную услугу по сурдопереводу во всех сферах деятельности.

Что касается преподавателей жестового языка, то сейчас, на данный момент не ведётся подготовка преподавателей жестового языка вообще. И также существует дефицит сурдопереводчиков в Российской Федерации. Это меры, которые, мы бы хотели, чтобы велись. И мы совместно с Минздравсоцразвития внесли предложение в закон о социальной защите инвалидов, касающееся повышения статуса языка жестов – со средства межличностного общения до статуса русского жестового языка, законодательно закреплённого мерами государственной поддержки, которые помогут упорядочить подготовку преподавателей-переводчиков русского жестового языка. В том числе на базе высшего образования, исследования и развития русского жестового языка усовершенствовать порядок предоставления услуг по сурдопереводу, усилить контроль над их качеством, а также более эффективно расходовать государственные средства на эти цели. Существует порядок, по которому инвалид получает услугу по сурдопереводу в размере 40 часов в год, и, естественно, выделяются (мы очень благодарны) федеральные средства на эти цели. Было бы эффективно, если бы переводчики жестового языка были квалифицированными во всех сферах – и в образовании, а также по всем вопросам.

Глухой без сурдопереводчика не может вольготно чувствовать себя в окружающей действительности, поэтому прошу, Владимир Владимирович, поддержать наше предложение по повышению статуса жестового языка, его применения, развития, изучения. Это поможет инвалидам по слуху получать качественные услуги по сурдопереводу. Это первое.

Мы нашли взаимопонимание с Министерством здравоохранения и социального развития, Министерством образования. Есть поручение Жукову (А.Д.Жуков) по вопросу создания межведомственной рабочей группы по многим направлениям. Этот факт нас очень радует. И буквально 17 августа был утвержден перечень базовых видов спорта для глухих. Сейчас у нас важный пункт – спорт глухих, для нас он является очень важной составляющей. У нас существуют тоже Олимпийские игры, на которых мы с успехом выступаем, чемпионаты мира и Европы. Это тоже очень важный аспект в том плане, что развитие базовых видов спорта в регионах получит мощную поддержку со стороны государства. Спасибо большое.

В.В.Путин: Спасибо, а сейчас, где готовятся сурдопереводчики вообще?

Т.А.Голикова: В высших учебных заведениях.

С.А.Иванов: Сейчас сурдопереводчики готовятся со средним образованием (с недостаточным, правда, количеством часов) по заочной форме. И конечно, мы бы хотели, чтобы подготовка переводчиков была именно на базе высшего образования, на очной форме во всех федеральных округах. Это позволит нам увеличить количество переводчиков и качество.

Т.А.Голикова: У нас на сегодняшний день ситуация выглядит следующим образом. Нам нужно 7600 сурдопереводчиков жестового языка – у нас на сегодняшний день 1100. Программа «Доступная среда» предусматривает деньги, 31,6 млн рублей на пять лет, для того чтобы подготовить только 630 сурдопереводчиков. Поэтому этих денег в рамках данной программы недостаточно, и самое главное, что они растянуты во времени. В этом смысле мы разделяем озабоченность, которую высказал Станислав Александрович. Я знаю, что коллеги из Минобрнауки этим занимаются, и они в рамках своих существующих полномочий и образовательных программ, думаю, могут определить это в качестве приоритета, для того чтобы можно было сократить сроки. А мы в свою очередь в рамках программы «Доступная среда» вместе с коллегами из МВД, МЧС приступаем к обучению элементарным навыкам жестового языка тех, кто непосредственно имеет контакт в своей работе с людьми, ограниченными по слуху.

В.В.Путин: Нет, слушайте, если потребность 7 тыс., то нужно 7 тыс. и сделать. Это деньги-то смешные наверняка.

Т.А.Голикова: Я и говорю, 630 человек стоит 31,6 млн рублей – это не такие большие деньги.

В.В.Путин: Конечно, это просто смешно. Поэтому надо сделать это в полном объёме.

М.В.Дудлинов (заместитель Министра образования и науки Российской Федерации): Спасибо. Конечно, когда мы обсуждали эту проблему, она во многом заключалась ещё и в том, что нам не был чётко сформирован заказ в территориальном разрезе, чтобы мы могли в рамках наших контрольных цифр просто-напросто увеличить приём на эти специальности. Это несложно. Здесь нам очень важно будет другой вопрос отработать, чтобы выпускники, кого мы будем обучать по этим специальностям, находили своё рабочее место, то есть вопрос их дальнейшего трудоустройства.

В.В.Путин: Здесь же большая специфика, поэтому можно продумать, как этих людей направлять именно туда, ради чего они и получают образование, если сделать это заблаговременно. Что касается средств, то повторяю ещё раз: это смешные деньги для нас, для государства, а для людей это, может быть, судьба. Поэтому нужно обеспечить и решить эту задачу в полном объёме. И я прошу вас вместе с Минфином буквально на следующей неделе доложить предложения.

С.А.Иванов: Можно пару слов сказать, что мы тоже поддержали Вашу идею создания «Народного фронта» и мы тоже можем внести наши предложения в программу «Народного фронта». Мы будем активно подключаться к этому вопросу, и это, соответственно, тоже касается качества жизни всех наших российских граждан.

Владимир Владимирович, мы в этом году отмечаем 85-летие Общества глухих. Для нас это очень знаменательная дата – 85 лет. И в связи с этим буквально завтра в 10 утра на Болотной площади у нас стартует автопробег Москва–Владивосток. Это очень большая акция. Мы впервые проводим такую акцию, целью которой будет являться привлечение внимания общественности к реализации программы «Доступная среда». Очень многое мы пытаемся донести в регионы о наших существующих проблемах.

В.В.Путин: Поедете по дороге Чита–Хабаровск? Чита–Хабаровск–Владивосток – по этой?

С.А.Иванов: Мы поедем во Владивосток и обратно самолётом. Но всё равно пройдем 15 субъектов Российской Федерации. Вот такой проект. Он также будет касаться транспортной инфраструктуры. Мы будем проводить там мониторинг транспортной инфраструктуры, и, соответственно, наши предложения тоже лягут в основу ее развития. И Министерству транспорта, наверное, дадим свои предложения.

В.В.Путин: Это будет полезно, кстати сказать. Я желаю вам успехов!

С.А.Иванов: Спасибо.

В.В.Путин: Вам понравится.

Пожалуйста, Кузнецов Дмитрий Валерьевич.

Д.В.Кузнецов (благотворитель, вице-президент федерации дзюдо Москвы, руководитель проекта «Доктор дзюдо» для детей с ограниченными физическими возможностями): Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые участники совещания! Я хотел бы рассказать вам сегодня о программе «Доктор дзюдо», которая реализуется на площадке Московской федерации дзюдо.

В раздаточном материале есть вот такой журнал «От сердца к сердцу», мы его сделали шесть лет назад, когда начали эту программу с 8-м детским домом на Каширском шоссе. Фотографировали там детей, которые сейчас уже выросли и которые начинали по этой программе заниматься.

Проект начинался как благотворительная программа – покупали коляски, соки. Спрашивали детей: ну а чем вас занять? Они отвечали, конечно: «Отвезите нас куда-нибудь». Купили первый автобус, стали ездить в цирк, дельфинарий, в самые обычные места, куда детям хочется попасть. Дальше подключились фонды, предложили нам ездить на реабилитацию на занятия с собаками, лошадьми, дельфинами.

И развивая это направление, в 2006 году совместно с Российской детской клинической больницей (РДКБ) мы написали программу «Доктор дзюдо». Это физические упражнения с элементами дзюдо, это игры, эстафеты, которые позволяют детям не только физически развиваться, но и адаптироваться социально. Занятия проходят в наших детских центрах дзюдо, которые мы открываем на базе общеобразовательных школ. На сегодняшний момент в Москве функционируют уже девять таких центров. Есть определенные требования: в школе должно быть два спортзала, один из которых мы переоборудуем под занятия дзюдо. В первой половине дня - урок физкультуры, а после обеда уже секция. Занятия ведут дипломированные тренеры, плюс врач всегда находится на ковре, поскольку это дети с ограниченными возможностями.

Летом они стали выезжать в наш детский оздоровительный лагерь вместе с другими детьми-спортсменами, что тоже имеет очень положительный эффект.

Помимо этого совместно с фондом «Артист» мы проводим операции в госпитале города Далласа по протезированию нижних конечностей. Госпиталь бесплатно предоставляет нам по пять операций в год, за последний год мы уже сделали семь. Это детдомовские дети (одного из них, мальчика из Ростова-на-Дону, усыновила американская семья, которая работает в этом госпитале, приезжали где-то четыре месяца назад), это художник, мальчик Саша Пухелько, который учится сейчас в Суриковском училище, это Витя Кочкин, который выиграл «Минуту славы», когда они, двое ребят из Пензенской области, танцевали брейк-данс. Есть и спортивные результаты. Так на последней специальной олимпиаде один из воспитанников 11-го интерната выиграл бронзовую медаль по дзюдо.

Но задача этой программы – не столько физическая, сколько социальная реабилитация инвалидов. И вершиной этой программы, последним звеном, которым мы начали заниматься два года назад, стало трудоустройство тех, кто уже достиг 18 лет. Если всего у нас, в Москве, занимается 200 человек по этой программе, то на сегодняшний момент мы трудоустроили 50 человек. Мы предлагаем три-четыре специальности: бухгалтер, юрист, рабочий, курьер. И ребята начинают работать, учиться. Плюс самое главное, что этот процесс не останавливается. Мы их видим на ковре, на тренировках, мы их видим на работе, мы участвуем в повседневной их жизни. Мы знаем о проблемах, которые у них возникают уже во взрослой жизни, и, находясь рядом постоянно, мы проще и легче можем их решать.

Для государственных объёмов 200–250 детей или лиц с ограниченными возможностями – это очень мало, это крохи, но уверен, что при поддержке Правительства РФ, используя наши навыки и опыт, которые уже пять лет мы в Москве продвигаем, мы можем создать общероссийскую программу по спортивной и социальной реабилитации детей с ограниченными возможностями.

И в заключение еще пару минут я займу. Больше всего у нас, в Москве, этим занимается 11-й психоневрологический интернат. Он находится в Люблине, и вот ребята, походив месяц на тренировки, потом попав на «Гранд-шлем», который проходит ежегодно в Москве, в модных футболках с надписью «Гранд-шлем» вернулись назад, и одного так сильно переполняли эмоции, что он решил написать картину о том, что он увидел, про дзюдо. Но урок рисования, видимо, был нескоро, и он ждать не стал, и написал эту картину на крышке прикроватной тумбочки, которую у себя открутил. Поэтому эта картина, на мой взгляд, очень трогательная. Мальчику было тогда 12 лет, и, когда картину привезли, я пообещал, что при первой же возможности передам Владимиру Владимировичу картину.

В.В. Путин: Спасибо большое. Это какой «Гранд-шлем» вы смотрели?

Д.В.Кузнецов: Это был 2007 год.

В.В. Путин: Вы сказали, что 200 человек – это немного. А ведь это немало! Каждый человек должен быть в поле нашего зрения, который нуждается в нашей помощи, а 200 – это немало. А если по стране будет больше таких организаций, как ваша – там 100, там 200, там еще 300, и если такая работа приобретет массовый характер, тогда мы вплотную хотя бы приблизимся к решению проблемы инвалидов. Пожалуйста, уважаемые друзья! Да, пожалуйста, Мария Сергеевна (обращаясь к М.С.Кулик).

М.С.Кулик (президент регионального благотворительного общественного фонда содействия деятельности в сфере пропаганды здорового образа жизни «Качество жизни»): Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые друзья! Меня зовут Мария Кулик, я президент благотворительного фонда «Качество жизни», который в течение 12 лет занимается вопросами социальной интеграции инвалидов. Я хочу остановиться только на одном из них. Это - трудовая интеграция людей, инвалидов с тяжёлыми расстройствами. Для таких людей трудовая интеграция является наравне с медицинской реабилитацией очень важной терапевтической и лечебной задачей. В России есть уникальный опыт, который называется «лечебно-трудовые мастерские», которые себя зарекомендовали с эффективной стороны. Сейчас эти лечебно-трудовые мастерские нуждаются в законодательной поддержке и в поддержке материальной. Это особо касается инвалидов вследствие психических заболеваний – самой большой и самой тяжёлой группы. Такие лечебно-трудовые мастерские не только осуществляют занятость, но также дают возможность подготовиться к свободному рынку труда.

В.В.Путин: Они сейчас чьи? Вот то, что существует.

М.С.Кулик: Ничьи. Раньше они были в статусе стационара.

В.В.Путин: Нет, я понимаю. Но это региональная собственность, муниципальная?

М.С.Кулик: Региональная.

В.В.Путин: Региональная, да?

М.С.Кулик: Да. Должна сказать, что занятость инвалидов с тяжёлыми нарушениями здоровья имеет глубокие социально-экономические последствия не только для самого инвалида. Очень большие последствия и для членов их семей, поскольку люди зачастую вынуждены отказаться от выгодной экономической деятельности, от социальной деятельности, так как вынуждены осуществлять уход.

В.В.Путин: Посвятить себя как бы ребенку.

М.С.Кулик: Да. При нашей демографической ситуации в общем-то мы не можем расточительно к этому ресурсу относиться. Поэтому как представитель некоммерческой организации я хочу обратить Ваше внимание на то, что такие организации, как наша, могут и хотят помочь в этой ситуации. Мы можем сопроводить инвалида на пути вот к этой социальной интеграции. Мы можем дать возможность инвалиду получить полный перечень вакансий, которые предлагает свободный рынок труда. Мы можем подготовить этого инвалида именно в рамках востребованных специальностей. Мы можем осуществлять постоянную работу с работодателями и с представителями бизнеса.

Я не согласна с Владимиром Сергеевичем, который сказал, что мы ещё не готовы к тому, чтобы работать или выходить на свободный рынок труда. Это не так. Бизнес готов принимать инвалидов, но Вы сами посудите, что такое взять инвалида? Значит нужно создать ему медицинское сопровождение – это затраты. Сделать доступную инфраструктуру в офисе (а часто офис – это арендованный офис) – это тоже не так просто. Сделать доступным место работы для инвалида – значит нужно транспорт привлечь, поскольку городская среда не всегда позволяет, как мы знаем. И неполный рабочий день – это всё-таки минус для эффективности труда. Поэтому мы очень рады, что Министерство здравоохранения и социального развития приняло решение о мотивации бизнеса. Но всё-таки, я считаю, что 50 тыс. рублей – это недостаточная мотивация, поскольку, как я уже перечислила, затрат будет гораздо больше. Вот всё, что я хотела сказать.

В.В.Путин: Было 30 тыс. рублей, сейчас сделали 50 тыс. рублей, конечно, будем наращивать. А вот, Мария Сергеевна, по поводу того, что вы говорили о вашей организации. Вам какая конкретно поддержка нужна? Что бы вы хотели от государства в качестве поддержки? Там нужна грантовая поддержка (это просто) или что-то ещё?

М.С.Кулик: Вы знаете, я считаю, что правильно было бы на основании частно-государственного партнёрства создавать систему сопровождения инвалидов. Сейчас наша организация вместе с благотворительным фондом «Соинтеграция» при поддержке Евросоюза, при поддержке московского правительства создаёт инновационную службу сопровождения инвалидов, службу помощников, персональных помощников. Дело в том, что всё-таки НКО в отличие от государственных и муниципальных учреждений более тонко настроены на нужды инвалидов и конкретную адресную помощь могут оказывать.

В.В.Путин: Я согласен.

М.С.Кулик: Поэтому я думаю, что нам нужно совместно какие-то принимать решения и государство должно привлекать некоммерческие организации и гражданское общество…

В.В.Путин: Да просто осуществлять грантовую поддержку, потому что в принципе вы самая организованная организация (извините за тавтологию). Нужна просто финансовая поддержка.

М.С.Кулик: Вы знаете, этого может быть недостаточно. Всё-таки, я считаю, что…

В.В.Путин: А что ещё? Просто я хочу понять.

М.С.Кулик: На бюджетные средства должны быть созданы такие организации, в которых участвует и государство в том числе.

В.В.Путин: Но тогда это будет несколько другая организация по качеству, не такая как ваша.

М.С.Кулик: Вы понимаете, дело в том, что мы можем создать по гранту модель, по гранту мы можем создать службу персональных помощников, а что будет дальше?

В.В.Путин: Давайте создадим такую модель. Посмотрим, как она функционирует.

М.С.Кулик: Хорошо.

В.В.Путин: Вы в контакте с Татьяной Алексеевной?

Т.А.Голикова: Абсолютно.

М.С.Кулик: Да.

В.В.Путин: Давайте это сделаем, посмотрим, как функционирует. Ладно?

М.С.Кулик: Да, конечно, спасибо.

Реплика: Разрешите, Владимир Владимирович?

В.В.Путин: Сейчас, вот Яна Валерьевна скажет...

Я.В.Лантратова (федеральный координатор благотворительного направления Всероссийской общественной организации «Молодая Гвардия Единой России», куратор проектов «Я – доброволец», «Доступная среда», «Защита детей»): Спасибо большое! Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги! Меня зовут Лантратова Яна, я являюсь координатором федеральных проектов «Молодая гвардия», «Я - доброволец» и «Защита детей». Во всех субъектах Российской Федерации, в 95 городах России у меня есть волонтёрские отряды, которые работают по трём направлениям: это помощь детям, помощь инвалидам, пожилым людям. Ребята закрепляются в каждом городе за конкретным учреждением и уже «ведут» этих детей и детей с ограниченными возможностями. Это и адресная помощь, это и социальная адаптация, и профориентация, и помощь в трудоустройстве, и адресная помощь в быту, и различные развлекательные мероприятия. Но отдельное направление, о котором я бы сейчас хотела сказать, – это работа волонтёров по мониторингу интернет-пространства, мониторингу ситуации с распространением педофилии, с нарушением прав детей и распространением детской порнографии. И самое важное, наверное, то, что у нас есть конкретные результаты. В ходе реализации проекта восемь детей обрели свои семьи, на акции по социализации инвалидов, когда мы отвозили детей на сеанс гипотерапии, заговорил ребенок, который не разговаривал. По нашим материалам Павел Астахов (П.А.Астахов – уполномоченный при Президенте по правам ребёнка) уволил директора интерната, где нарушались права детей, где над детьми издевались. Там ребёночек не мог элементарно сходить по своим потребностям, его клали на железные коляски, везли по холодным коридорам, сбрасывали в ледяной душ и чистили ёршиком от туалета – как наказание такое. По нашим материалам был задержан педофил, демонстрировавший в интернете свою семилетнюю дочь. Недавно в Москве также был задержан педофил, который собирался ехать работать вожатым в детский лагерь.

И основное направление, которое я сейчас очень хочу озвучить, – мы защищаем детей из психоневрологических интернатов, которых «накалывают» психотропными веществами, лишают дееспособности, отнимают государственные квартиры, а лекарственные средства используют в качестве наказания. И вот вчера вечером в Санкт-Петербурге вместе с главой жилищного комитета я была на вручении второй квартиры, которую мы с ноября пытались вернуть ребёнку. И туда пришли дети, которым мы уже помогли, кому мы вернули дееспособность. Пришёл даже бывший воспитанник с маленьким ребёнком, которого мы помогли ему вернуть: его пытались у него отнять. Вчера очень приятно было, что этот ребёнок, бывший воспитанник, которому вернули жильё, сделал предложение своей девушке, тоже из интерната, о создании семьи.

Сравнительно недавно к нам в проект пришли дети-беспризорники. Это такой первый опыт, наверное, когда мы стали с ними взаимодействовать. Мы зачастую, когда дети выходят из интерната, берём их к себе волонтёрами. Мы видим прямой результат социализации: когда они видят своих сверстников, вместе с ними взаимодействуют, у девочек просыпаются материнские инстинкты, которые у них были атрофированы в связи с тем, что у них не было семьи. Эти дети, так как они вхожи в эту среду, рассказали нам, в каких интернатах (даже куда мы ходим) есть сотрудники-педофилы (или которых уже уволили задним числом), в каких интернатах особенно нарушаются права детей-инвалидов. В связи с этим мы стали проводить эту работу.

Я прекрасно понимаю: всё, что мы делаем, – наверное, капля в море. Мы стараемся помогать. Ежедневно на горячую линию нашего проекта приходят сообщения, звонки из разных уголков Российской Федерации. Так как мы действуем абсолютно бескорыстно, то мы подключаем к нашей работе студентов юридических факультетов, которые помогают нам разбираться в конкретных ситуациях. В связи с этим, когда Президент России Дмитрий Анатольевич Медведев говорил о необходимости создания общественных комиссий по наблюдению за ситуацией в интернате, мы хотели бы выйти с таким предложением. Это -создание некоего молодёжного общественного контроля. Чтобы волонтёры, которые не заинтересованы ни в чём, кроме конкретного благополучия конкретного ребёнка в конкретном детском доме, тоже могли бы участвовать в этом общественном контроле, взаимодействовать напрямую с правоохранительными органами и, видя конкретные нарушения, на них оперативно реагировать и помогать данным органам в решении данных проблем.

Я очень рада, что сегодня присутствую на данном мероприятии. В регионах мы ведём плотную работу с региональными обществами инвалидов. Я бы хотела сегодня начать данную работу и с федеральными обществами инвалидов. Я готова сотрудничать, наши ребята готовы помогать во всех акциях. Я буду рада, если мы сможем накопить этот опыт и транслировать его в дальнейшем по регионам. В связи с предложением о создании такого молодёжного общественного контроля, я хотела спросить. Мы во всех регионах собирали предложения в Народную программу, мы объединили вместе такие маленькие волонтёрские организации, которые не имеют статуса всероссийских. У нас есть действительно серьёзная сетка в 95 городах, с пятилетним опытом, с налаженными методами работы, с конкретными результатами и с таким уже сформировавшимся кредитом доверия, потому что мы работаем за идею и таких людей нельзя перекупить, они не предадут своё дело. Есть ли возможность участия волонтёрского движения, не имеющего статуса всероссийской общественной организации, в работе Общероссийского народного фронта? В данном случае мы готовы добровольцами «идти на фронт» и будем рады, если сможем быть полезны. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо, Яна Валерьевна, вы и так уже полезны. Дело не во фронте, дело в том, что вы делаете доброе дело. У вас ребята работают на добровольной основе, как волонтеры? В 95 городах России?

Я.В.Лантратова: Да. 83 субъекта, 95 городов. Я когда представляла предложения в «Народный фронт», я предоставляла список городов. В каждом городе у меня есть координатор, и у координатора есть волонтёрский отряд – от самого маленького, например, в Кемеровской области, город Прокопьевск, до крупных.

В.В.Путин: Отлично. Я предлагаю изменить постановку вопроса и не смотреть, чем вы можете быть полезны этому «Народному фронту», а, наоборот, давайте я с коллегами переговорю, и там, где вы нуждаетесь в поддержке, подключайте возможности наших коллег из Общероссийского народного фронта, которые имеют прямой выход на административные структуры, на правоохранительные органы. Безусловно, поддержка будет обеспечена, это даже не обсуждается. Дело очень доброе, нужное, востребованное. И если ребята еще делают его с душой – тем более. Спасибо.

Н.И.Присецкая (президент региональной общественной организации «Общество поддержки родителей с инвалидностью и членов их семей “КАТЮША”» (Москва)): Меня зовут Присецкая Наталья Игоревна. Я возглавляю некоммерческую организацию «Общество поддержки родителей с инвалидностью и членов их семей “Катюша”».

Уважаемый Владимир Владимирович! Я хочу начать своё выступление с благодарности Вам за ту поддержку, которую Вы мне оказали три года назад. Тогда был вопиющий случай: меня не пустили в самолёт из-за моей инвалидности. И благодаря тому, что Вы подняли вопрос о дискриминации инвалидов при использовании транспорта на заседании Правительства, это привлекло внимание общественности. И не только от меня спасибо, но и от многих людей с инвалидностью, которые пользуются транспортом. Действительно, ситуация начала меняться.

Но сегодняшнее моё выступление будет посвящено теме семейной политики по отношению к людям с инвалидностью и доступу к медицинским услугам людей с инвалидностью.

Мы занимаемся поддержкой именно родителей с инвалидностью – тех, кто в ситуации инвалидности либо родил детей без инвалидности, здоровых детей (мы занимаемся именно родителями), и также теми, кто стал инвалидом, уже будучи родителями. Приведу пример: у одной из подопечных наших семей в автоаварии папа погиб, мама осталась инвалидом, двое детей. Тем не менее родители в таких ситуациях продолжают оставаться любящими родителями и, конечно, нуждаются в поддержке государства.

Тема совершенно новая для России. Мы первые, кто поднял эту тему. Я могу сказать, что сейчас нет точной статистики. По данным Департамента здравоохранения Москвы, ежегодно где-то порядка 60 женщин с инвалидностью (я говорю про физические формы инвалидности) рожают детей. А сколько здоровых родителей становятся инвалидами, такой статистики нет. Автоавария, атаки террористов, техногенные катастрофы – люди становятся инвалидами, но они всё равно продолжают быть родителями и действительно нуждаются в поддержке государства.

Тема очень комплексная. Я постараюсь очень коротко рассказать о проблеме. Вообще, есть тезисы моего выступления, есть презентация в раздаточных материалах – можно посмотреть. Конечно, это доступ к медицинским услугам и делается очень много. Но здесь необходимы контроль и поддержка общественных организаций, потому что… Построили пандусы в поликлинику – всё хорошо, красиво, отчитались, но пандусом невозможно пользоваться: там где-то одна ступенька, там лестница. И конечно, большая проблема, с которой мы столкнулись, – это отсутствие медицинского оборудования, которым могут пользоваться люди с инвалидностью. Доходит дело до того, что проблема – сделать флюорографию, нет специального оборудования для колясочников. То же касается специального репродуктивного оборудования.

Большая проблема в отношении медиков к женщинам с инвалидностью. Делали пилотные исследования в Москве: 30% женщин, приходящих в женскую консультацию за медицинской помощью, предлагают избавиться от не родившегося ещё ребёнка, притом что есть мировые исследования, подтверждающие, что репродуктивное здоровье и инвалидность (особенно приобретённая инвалидность) – это разные вещи, которые не всегда взаимосвязаны.

Нет программ медицинской поддержки родителей с инвалидностью с грудными детьми. Я сама два года назад родила дочку, и многие трудности испытала на себе. Представляете, мужчина-колясочник, женщина-колясочник, грудной ребёнок в Москве. Как попасть вообще к врачам? В поликлинику даже невозможно сходить! Это только по Москве. Мы получаем большое количество запросов из других городов России о том, что действительно нужна и подобная помощь, и поддержка. И действительно об этом, к сожалению, не говорят.

На новый уровень выходит проблема доступной среды. И могу привести вот такой маленький пример: если человека с инвалидностью люди, которые ему помогают, уронят с лестницы (да, очень неприятная ситуация), он может сломать себе руку или ногу или получить другие повреждения. Если уронят женщину в положении, она рискует потерять ребёнка, рискует собственным здоровьем (при том, что люди с инвалидностью обычно рожают здоровых детей). Есть статистика: на сто семей один случай, когда у мужчины с инвалидностью родился ребёнок с инвалидностью, но там была родовая травма.

Доступная среда важна ещё для того, чтобы родители не были оторваны от жизни детей. Потому что если недоступен детский сад, я как мама на коляске не могу отвести ребёнка в детский сад, не могу пойти на какие-то мероприятия. Школьная программа: даже с учителями пообщаться – проблема. Поэтому для нас школьная доступность, доступность детских садов, досуговых учреждений – это очень важно. Мы, родители, хотим воспитывать и принимать участие в жизни своих детей. И конечно, мы как родители с инвалидностью нуждаемся в дополнительных мерах социальной поддержки.

Приведу опять свой пример: я мама с инвалидностью, у меня ребёнку два года. Единственная дополнительная мера социальной поддержки, на которую я имею право, – это льготная очередь для поступления моего ребёнка в детский сад (тема очень важная, но всё – больше ни на какие льготы я не имею права). Так же и другие родители с инвалидностью. Конечно, нужны дополнительные программы социального жилья (в которые мы не входим, мы просто не имеем права), нужна поддержка социальных работников.

Спортивные заведения. Невозможно отвести ребенка в секцию, то есть опять ребёнка будет кто-то водить, но не я, мать. Здесь, конечно, говорили уже о трудоустройстве. Могу сказать, что для родителей работа – это фактор не только финансового благосостояния, работа – это развитие, социализация. И когда мы хотим воспитывать своих детей, мы сами тоже должны развиваться, должны постоянно что-то новое приобретать и давать это подрастающему поколению.

Я общалась с московским бюро Международной организации труда при Организации Объединённых Наций. Очень интересно: у них есть программа поддержки либо людей с инвалидностью, либо родителей, а мы нуждаемся в дополнительных мерах поддержки именно как работающие родители с инвалидностью. То есть такого нет ни в одной стране мира. Тем не менее, мы хотим работать и зарабатывать деньги, и, конечно, нам нужны дополнительные меры поддержки и в этом тоже. Может быть, это повышение квалификации, переобучение, потому что, есть дискриминация при приёме на работу матерей, есть дискриминация при приёме на работу людей с инвалидностью. А мы в себе аккумулируем и те, и другие проблемы, получается. То есть устроиться на работу очень трудно, и это очень важно.

Владимир Владимирович! Очень хотим введения статуса «родители-инвалиды»: нужен этот статус, потому что мы нуждаемся в мерах дополнительной поддержки. Нужны разработка и внедрение федеральных и региональных программ. Конечно, хочу подчеркнуть то, о чём говорил Владимир Александрович Крупенников: как региональная некоммерческая организация мы можем более гибко реагировать на потребности регионов, мы можем перестраивать более быстро свою работу именно под изменяющуюся социальную ситуацию в одном-двух-трёх регионах, и мы, конечно, нуждаемся в мерах поддержки.

И в завершение всего хочу сказать. Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые господа! Что нас очень страшит? Нас очень страшит возможность введения в России элементов ювенальной юстиции, потому что были уже моменты, освещённые СМИ. Вот Владимир Александрович тоже был свидетелем, когда у родителей с инвалидностью изымались дети именно под предлогом того, что инвалиды не могут дать достойного воспитания своим детям. То есть, может быть, сама система ювенальной юстиции, хороша, но мы боимся, что будут какие-то перегибы и действительно под этим предлогом, под предлогом нашей инвалидности у нас будут отнимать детей. Мы рожаем красивых, здоровых, хороших детей, мы их воспитываем как патриотов России, но мы очень нуждаемся в поддержке государства. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо. Наталья Игоревна, я не думаю, что сама ювенальная юстиция должна привести вот к таким уродливым явлениям и перегибам: эти перегибы возможны и без ювенальной юстиции, и они иногда случаются.

Н.И.Присецкая: Они уже есть, да.

В.В.Путин: Поэтому это отдельная непростая тема. Что касается статуса родителей-инвалидов, давайте вместе подумаем, Татьяна Алексеевна здесь слышит тоже. Мы с вами вместе посоветуемся, что это должно дать, как это сделать, что это будет стоить. Надо всё просто посчитать, но в целом эта постановка вопроса правильная, конечно.

Доступная среда… Все проблемы отсюда. Вы знаете, я уже об этом сказал во вступительном слове: мы планируем определённые деньги до 2016 года истратить, и не маленькие. Главное – чтобы это делалось как нужно. Вот Вы сейчас сами сказали «вроде как сделали, а пользоваться нельзя». Поэтому я говорил, и ещё раз хочу повторить: нужно самым активным образом привлекать инвалидные организации к реализации тех планов, которые уже профинансированы государством и будут осуществляться. Нельзя просто так деньги спалить, а результата не добиться – вот это очень важно.

Ну и спецмедоборудование. Я вам благодарен, что вы обратили на это внимание. Давайте мы в рамках программы модернизации здравоохранения обратим сами тоже на это внимание. Там большое количество оборудования должно закупаться, и я не уверен, что об этом кто-то подумал, чтобы закупать именно специальное медицинское оборудование, для того чтобы удобно было пользоваться инвалидам. Я не уверен, я вас прошу на это посмотреть еще раз и с регионами проработать.

Т.А.Голикова: Там ещё одна проблема есть. Недостаточно на это обратить внимание с точки зрения закупки самого такого оборудования – это нужны дополнительные поручения, в том числе нашей промышленности. Ну я условно говорю: поручения…

В.В.Путин: Это они будут прорабатывать ещё десятилетия.

Т.А.Голикова: … для того, чтобы они этим хотя бы озаботились.

В.В.Путин: Я не уверен. Я не знаю, есть это или нет. Может быть, и есть, но надо посмотреть. Закупать-то будут и отечественное, и импортное оборудование. Надо посмотреть. Ладно? Пожалуйста, прошу вас.

В.А.Карнюшин (председатель правления Брянской областной общественной организации инвалидов-чернобыльцев «Союз «Чернобыль»): Уважаемый Владимир Владимирович, участники круглого стола! Во-первых, всех вас с праздником! Сегодня великий праздник. Уважаемый Владимир Владимирович! У меня самая тяжёлая тема, видимо, из всех выступающих – это чернобыльская тема. Я уже 25 лет в Брянской области являюсь председателем правления союза «Чернобыль». Также я член координационного совета «Народного фронта», конфликтной комиссии, руководитель общественной приёмной, председатель наблюдательного совета, помощник губернатора. За 25 лет столько у меня должностей!..

Уважаемый Владимир Владимирович! Дело в том, что я кратким не буду, потому что здесь очень много цифр. Моя тема такая – «Финансирование работ по специализированной диспансеризации населения, подвергшегося радиационному воздействию в результате аварии на Чернобыльской АЭС в Брянской области».

В результате чернобыльской катастрофы в Брянской области загрязненными радионуклидами оказались 22 административные территории площадью более 11 млн га. В настоящее время на территориях, зараженных долгоживущими радионуклидами – цезием-137, стронцием, в Брянской области проживает более 325 тыс. человек, в том числе 60 тыс. – это дети и подростки. На территории зоны с правом на отселение проживает более 117 тыс. человек, в том числе более 21 тыс. детей и подростков. В зоне плотности загрязнения свыше 15 Кюри/кв. км – единственной в европейской части Российской Федерации – проживает более 73 тыс. человек, в том числе более 14 тыс. детей и подростков. Уровень заболеваемости населения коррелирует с плотностью радиоактивного загрязнения территории. Показатели заболевания взрослого населения, проживающего на наиболее зараженных радионуклидами территориях области, в 1,5 раза превышает показатели общей заболеваемости в области в целом.

По данным областного онкологического диспансера, показатели заболеваемости злокачественными образованиями населения на наиболее загрязненной территории Брянской области на 9% превышает российские показатели. Отмечается тенденция к росту заболеваемости злокачественными образованиями за последние 10 лет. Прирост показателя заболеваемости раком по Российской Федерации составил 15%, по Брянской области – 21,2%, на наиболее загрязненных территориях – 25,8%. Заболеваемость раком щитовидной железы в нашей области – на достаточно высоком уровне, превышающем российский показатель в 3,5 раза. Обеспокоенность вызывает рост заболеваний раком молочной железы. На наиболее загрязненных территориях за последние 10 лет рост этой патологии составил 77,8%, по всей Брянской области – 33,4%, по Российской Федерации – 18,4%. Отмечается омоложение этой патологии: случаи рака молочной железы нередко регистрируют у женщин 30–40 лет.

За прошедшую после аварии на ЧАЭС четверть века накоплен опыт по ликвидации медицинских последствий аварии. Подтверждена целесообразность реализации системы этапной специализированной диспансеризации населения. С 1994 года на территории Брянской области была внедрена трехэтапная системы специализированной диспансеризации во всех районах, пострадавших в результате аварии на ЧАЭС. Первый этап – оценка состояния здоровья населения: скрининг проводится специалистами территориальных учреждений здравоохранения. Второй этап – уточняющая диагностика заболевания на базе областных специализированных ЛПУ. Третий этап – специализированное обследование, лечение в областных ЛПУ или федеральных клиниках. Такая технология массового обследования оказалась весьма эффективной. Медицинские меры, направленные на выявление не только радиационно-обусловленных патологий, но и на заболевания, обусловленные другими этиологическими факторами, способствуют снижению уровня социальной напряжённости на загрязненных нуклидами территориях.

До 2006 года финансирование мероприятий по проблемам радиационной медицины проводилось из федерального и местного бюджетов. Программой государственных гарантий проведение обязательной диспансеризации граждан, подвергшихся воздействию облучения вследствие аварии, не предусмотрено. С 2006 года финансирование мероприятий по проблемам радиационной медицины проводят только из бюджета Брянской области. На исполнение мероприятий под программы оказания специализированной медицинской помощи населению Брянской области, пострадавшему в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС, в 2011 году из областного бюджета выделено 1 млн 500 тыс. рублей. Это сумма крайне недостаточна. Из федеральной целевой программы преодоления радиационных, аварийных последствий на период до 2015 года исключены мероприятия по скринингу заболеваний, обязательная диспансеризация населения, проживающего на загрязненных радиоактивных территориях и подвергшегося радиационному воздействию в результате аварий и катастроф. Диспансерный осмотр населения загрязненных территорий обеспечит особые структуры – подразделения районных учреждений здравоохранения с привлечением специалистов из областных лечебных учреждений. Вся работа по скринингу заболеваний в рамках обязательной диспансеризации граждан, подвергшихся радиационному воздействию, легла на территориальные учреждения здравоохранения в виде дополнительной нагрузки, которой нет в других регионах.

Ежегодно на наиболее загрязненных территориях области в рамках специализированной диспансеризации обследуется более 130 тыс. жителей. Учреждения здравоохранения области в своей работе по обследованию населения, подвергшегося радиационному воздействию, руководствуются требованиями приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 26.05.2003 №216 «О диспансеризации граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС». В настоящее время согласно действующему законодательству в проведении специализированного медицинского обследования ежегодно нуждаются 200 тыс. жителей загрязнённой радионуклидами территории Брянска, в том числе 59,7 тыс. детей и подростков. В рамках действующего приказа от 26.05.2003 №216 о диспансеризации граждан, проживающих на загрязнённой нуклидами территории области, ежегодно необходимо проводить 200 тыс. общих анализов крови, 200 тыс. общих анализов мочи, 180 тыс. УЗИ щитовидной железы. Дополнительно к этому необходимо ежегодно проводить 15 тыс. маммографических исследований женщинам старше 40 лет, не подлежащих маммографическому обследованию в рамках других программ профилактического обследования, 38 тыс. флюорографических исследований жителям старшего трудоспособного возраста, не подлежащим обследованию в рамках других программ профилактического обследования. На эти цели из федерального бюджета ежегодно необходимо выделять финансирование на закупку реактивов, расходных материалов для выполнения лабораторно-инструментальных исследований территориальным учреждениям здравоохранения на загрязнённых нуклидами территориях, в том числе для проведения общих анализов – 5,2 млн рублей, для проведения общих анализов мочи – 5,4 млн рублей, для проведения УЗИ щитовидной железы – 3,1 млн рублей, для проведения маммографических исследований – 2,1 млн рублей, для проведения флюорографических исследований – 2,5 млн рублей. Итого 19 млн.

Затраты на проведение второго этапа – проведение диспансеризации, углубленное обследование граждан – ложатся на брянские клиники и диагностические центры. В рамках бюджетного финансирования в брянских клинических, диагностических центрах проводится углублённое обследование участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС и лиц, к ним приравненных, до последнего жителя, зарегистрированного в населённых пунктах территории области, заражённой нуклидами плотностью свыше 5 Кюри/кв. км.

Ежегодно в Брянский клинический диагностический центр обращается более 52 тыс. жителей наиболее загрязнённой территории, участники ликвидации последствий аварии, которым на бюджетной основе, то есть бесплатно для граждан, проводится около 120 тыс. лабораторных и около 35 тыс. инструментальных исследований. На закупку реактивов расходных материалов для лабораторных исследований ежегодно затрачивается более 0,7 млн рублей. Только на проведение дорогостоящих видов инструментальных исследований этой категории граждан дополнительно расходуется более 2,5 млн рублей. Таким образом, для проведения углубленного обследования населения граждан Брянской области, необходимого из-за аварии на ЧАЭС, необходимо дополнительное финансирование из федерального бюджета в размере 0,3 млн рублей. Итого для проведения работ по специализированной диспансеризации населения Брянской области, подвергшегося радиационному воздействию, необходимо ежегодное дополнительное финансирование в размере 22,1 млн рублей.

Уважаемый Владимир Владимирович! В Брянской области, уже ни для кого не секрет, 90% больных детей, рождённых от одного из облучённых родителей. 10%, которые считаются здоровыми, – эти дети тоже под вопросом. В связи с этим я просил бы Вас… Вы были в Брянске и Вы были в городе Клинцы, где население – 75 тыс. человек, а уже с 1996 года не могут достроить родильный дом для населения. И также в Брянске уже построен детский онкогематологический центр, где тоже требуется финансирование, но это финансирование определено на 2013 год. У нас огромная просьба к Вам, чтобы перенести с 2013 года два вот этих объекта (роддом в городе Клинцы, где зона с правом отселения, и детский онкогематологический центр) на 2012 год. Потому что я сейчас оказался сам в таком положении. У моей четырёхлетней дочери сверхтяжёлая пластическая анемия. Мы год пролежали здесь, в Москве. По этому заболеванию ещё лечение не придумали, есть стандартное лечение. Мы вышли на другие структуры, и я сейчас скажу Вам честно, Владимир Владимирович, мне пришлось уже продать трёхкомнатную квартиру, чтобы лечить ребёнка по другим методам. Сейчас мы принимаем и закупаем за границей стволовые клетки, костный мозг, аппараты гемо, всю таблицу Менделеева, и ребёнок через каждые 15 минут, чтобы не пересаживать костный мозг, принимает эти препараты, потому что при пересадке костного мозга фактически выздоровления нет. Кто с нами лежал в больнице, практически все умерли уже. Это то, что касается медицинской темы. Это вот просьба по онкогематологическому центру и по роддому – огромная просьба перенести финансирование на 2012 год.

Второй у меня вопрос. Я являюсь членом центрального совета союза «Чернобыль России», который возглавляет здесь, в Москве, Гришин (В.Л.Гришин). И мы просили финансирование на уставную деятельность этой организации, ведь 70 регионов входит в организацию «Союз “Чернобыль” России», где около 2 млн людей. Это огромная армия, и уставная деятельность на эти цели вообще никем не финансируется. Я 25 лет – Вы не поверите! – содержу организацию на свои личные средства. 25 лет! Когда-то, в те времена, можно было спонсоров как-то привлечь, но потом, когда у меня случилось… По закону, чернобыльскому закону, мне только одному дано право вести контроль над всеми финансами и возбуждать уголовные дела. И когда я возбудил уголовное дело против одного из губернаторов (я могу даже назвать: это Семернёв, губернатор Семернёв), я поплатился ребёнком, которого они думали, что уже убили. Они завезли его за химзавод, проехали по нему машиной, для того чтобы прийти потом ко мне и сказать: забери своё заявление из прокуратуры. Что мне и пришлось впоследствии сделать. Я очень здорово пострадал за этот «Чернобыль». Сын лежал в реанимации 17 суток, и, когда он отошёл, он сказал: не бросай Союз «Чернобыль». С тех пор я Союз «Чернобыль» не бросаю. Просьба, чтобы не нашу организацию, а именно центральную организацию (а она уже будет тогда заниматься регионами, региональными организациями) включить в какие-то программы – или детского оздоровления, или финансовой помощи, или юридических услуг.

Смотрите, Владимир Владимирович! У меня за год бывает до 500 человек. Это бабушки, деды, вдовы, потерявшие кормильца – у меня их около 2,5 тыс., а мужья умерли в расцвете сил (в 41–43 года – смертность среди чернобыльцев). Приходят не только сами чернобыльцы, приходят люди с юго-западных территорий. И до того тяжело смотреть на этих людей! Понимаете, она в деревне, заработать негде, нет производств, и она получает эти чернобыльские дотации, она живёт на них. И вот когда МЧС разработало закон о дозовой концепции (именно о дозовой концепции населения, чтобы перевести с одной зоны в другую) и хотело его ввести (нужно к этому подойти очень серьёзно), Вы тогда не дали этому закону пройти. Что делать бабушке, которая получает 200–400 рублей именно в радиационной зоне? Нет работы, она одна, ей хватает 400 рублей на хлеб. И сейчас, если отнять вот эти 400 рублей, что мы можем взамен ей дать? Ничего абсолютно. Мы тогда сделаем вообще смертность, увеличим ещё, а она и так велика в нашей области. Вот у меня именно медицинские вопросы, что касается Союза «Чернобыль».

А также вчера у нас проходило заседание координационного совета «Народного фронта», и меня все члены координационного совета просили, чтобы я поблагодарил Вас, Владимир Владимирович. Я присутствовал на всех 13 площадках, я сам как член координационного совета участвовал во всех заседаниях, где залы – 1 тыс. человек. Понимаете, они стояли! Я никогда такого не видел, я впервые за 25 лет видел, чтобы Вы как лидер «Народного фронта» объединили вот эти организации, о которых я и не слышал. За 25 лет, честно, не слышал про другие организации, что они существуют. Но они вошли в координационный совет, они вошли в «Народный фронт» и просили поблагодарить. Огромное Вам спасибо, что Вы объединили все общественные объединения, общественные организации. Коммунистические организации, честно говорю, и из «Справедливой России», и из «Правового дела» – фактически все находятся в «Народном фронте». И также я хотел бы поблагодарить Басаргина Виктора Фёдоровича за заботу, за 96 млн дополнительных для чернобыльцев,  для переселенцев. У нас 800 человек ещё стоит на очереди, кто встал на очередь до 1 января 2005 года. Мы за 2010 год вообще не поднимали этот вопрос, потому что мы понимаем, что нужно обеспечить ветеранов войны.

Мы также благодарим Татьяну Алексеевну Голикову за огромную заботу не только о чернобыльцах, а и о населении Брянской области. Именно благодаря ей решаются вопросы.

Ещё, чтобы было меньше заболеваний, есть в Брянской области (Вы, наверное, были там у нас) спорткомплекс «Десна». Там нужно всего 550 млн. Это именно для оздоровления всей территории Брянской области. У нас очень много сделано: ледовые дворцы открываются, в каждом районе фактически ФОКи открыты. Область-то сама по себе очень пострадавшая. Я сам два года не ходил, 117 Бр облучения получил, на самой станции пробыл, два года лежал. Потом отошёл и с тех пор… Ребёнок сейчас в таком состоянии, что оказывается экспертный совет в Москве дал заключение, что у неё это заболевание получилось из-за меня, из-за Чернобыля. А у меня ещё ребенок восьми лет, сейчас третьего ждём. Может быть, придётся делать пересадку костного мозга, может, маленький, другой ребёнок, третий подойдет, потому что старшая девочка не подошла по типированию для пересадки костного мозга. Спасибо всем за внимание.

В.В.Путин: Спасибо. Что касается дополнительных средств для амбулаторных обследований, я думаю, что это мы решим сразу. 22,2 млн…

Т.А.Голикова: Это вполне решается в рамках программы модернизации, в рамках совершенствования стандартов.

В.В.Путин: Да-да, будем считать, что мы прямо сейчас договорились. Значит, по поводу строительства этих двух объектов… Губернатор мне докладывал, я знаю об этом. Мы с ним проработаем этот вопрос. Такие проблемы мы, как правило, решаем совместно с регионами. Там разное распределение может быть 50 на 50. Мы договоримся, посмотрим, как это сделать, насколько это можно ускорить. В рамках программы у вас, наверное, всё уже расписано по объектам?

Т.А.Голикова: Нет. Они, во-первых, имеют достаточно широкие полномочия, Владимир Владимирович, с точки зрения изменения…

В.В.Путин: Не помните, сколько на Брянскую область мы выделили денег?

Т.А.Голикова: Сейчас я уже по памяти не помню – достаточно приличные средства по центральному округу по всем программам. Вы сейчас будете проводить в ближайшее время совещание по этому поводу, мы просто можем обратить внимание на это, чтобы они…

В.В.Путин: Договорились. Давайте.

Т.А.Голикова: Плюс у нас по итогам реализации программы они имеют право претендовать на дополнительные средства.

В.В.Путин: Да-да, посмотрим. У нас в рамках программы модернизации здравоохранения, а она как раз у нас осуществляется прежде всего по регионам Российской Федерации, на такие субъекты Федерации как Брянская область предусмотрен наверняка не один миллиард. Речь идёт…

В.А.Карнюшин: Это дополнительно, Владимир Владимирович, вот на эти два объекта – это дополнительные…

В.В.Путин: Молодец. Мы посмотрим, что можно сделать. У нас есть небольшой резерв. Посмотрим. Я прямо сейчас прошу Министерство здравоохранения и соцразвития вместе с руководством области посмотреть на эти объекты, о которых Вы говорите.

Безусловно, это важное направление – без сомнения. Важное, потому что у нас в структуре заболеваемости вообще по стране есть снижение по всем направлениям, но по онкозаболеваниям самое скромное – 1,1%. Это первое.

Второе касается демографии: прежде всего – родильные дома, современные перинатальные центры. У нас, по сути, целая программа осуществляется большая. Так что это тоже на острие проблем, которые находятся в поле нашего зрения. Обязательно к этому вернёмся. Посмотрим, хорошо?

В.А.Карнюшин: Владимир Владимирович, я говорил, что на финансирование средних…

В.В.Путин: Да, я пометил. Это я даже не стал говорить.

В.А.Карнюшин: На спорткомплекс «Десна», который Вам показывали, – там огромный спорткомплекс. Тем более, действительно, будет в центральном округе. Я здесь разговаривал, Полтавченко (Г.С.Полтавченко – полномочный представитель Президента в Центральном федеральном округе) просил, писал письмо, чтобы он обратился к Вам. Но никакого ответа нет.

В.В.Путин: Но на спорткомплекс – посмотрим отдельно, потому что…

В.А.Карнюшин: 550 млн.

В.В.Путин: Я понял. Я услышал, 550 млн. Как Вы понимаете, у нас существуют определённые правила распределения этих ресурсов между различными субъектами Российской Федерации. Тем не менее, я Вам обещаю, что Министерству спорта и молодёжной политики задачу отдельно по этому объекту – поручение дам проработать. Хорошо?

В.А.Карнюшин: Спасибо.

В.В.Путин: Что Вы хотели добавить? Сейчас, извините.

В.Ф.Басаргин: Прокомментировать. Мы перед совещанием говорили с Вячеславом Анатольевичем. Он поскромничал по поводу жилья для чернобыльцев. Действительно, мы за пять лет обеспечили жильём чуть более 9 тыс. стоящих на учёте. Сегодня у нас на учёте стоит чернобыльцев, тех, кто встал до 1 января 2005 года, – более 12 тыс. и 2 тыс. – это те, кто встал уже после 1 января 2005 года. Мы в год выделяем на реализацию этой программы чуть более 700 млн рублей (это 400 человек по всей стране, это 70 субъектов Российской Федерации). Вы в прошлом году нам поручали увеличить оборачиваемость жилищных сертификатов. Мы в этом году совместно с Минфином сделали это, в том числе и по чернобыльцам, то есть мы вот эти 700 млн выделили на обеспечение жильём 400 с небольшим человек в целом, и за счёт оборачиваемости (через девять месяцев сертификат аннулируется, если его не отоварить) мы по всем остальным категориям посмотрели, что у нас экономия свыше 1 млрд 200 млн рублей. И мы в июле 1 млрд 200 млн рублей направили на решение жилищных проблем по чернобыльцам. Вот такой опыт. Порядка 700 семей получат улучшение жилищных условий.

В.В.Путин: В этом году?

В.Ф.Басаргин: В этом, в 2011 году. Кроме этого, Владимир Владимирович, по чернобыльцам есть предложение, мы готовы с Минфином проработать. У нас программа предусматривает, что мы жилищную проблему по чернобыльцам должны решить, по нашим подсчётам, ориентировочно до 2017–2018 года при той динамике финансирования. В том году мы ожидаем, что тоже по Вашему поручению, видимо, будет экономия по обеспечению жильём уволенных. Мы просили бы этот объём финансирования направить на решение проблем чернобыльцев.

В.В.Путин: Уволенных в 1990-е годы из Вооружённых Сил?

В.Ф.Басаргин: Да, которые стоят в очереди в муниципальных образованиях. Мы бы хотели эту экономию направить…

В.В.Путин: А за счёт чего там экономия?

В.Ф.Басаргин: Там меньше стоит на учёте. Вы же сказали «провести инвентаризацию». Мы провели инвентаризацию.

В.В.Путин: Хорошо. Давайте я сделаю. Вы тогда мне просто напишите соответствующий документ. Будем считать, что согласовано.

В.Ф.Басаргин: И мы могли бы проблему чернобыльцев закрыть тогда к 2015 году.

В.В.Путин: Договорились.

В.Ф.Басаргин: Спасибо.

В.В.Путин: Я прошу прощения. Давайте мы сейчас на эту сторону переедем. А потом я обещаю вам, что мы вернёмся. Миша, пожалуйста.

М.Б.Терентьев (генеральный секретарь Общероссийской общественной организации «Паралимпийский комитет России»): Добрый день, уважаемые коллеги! Уважаемый Владимир Владимирович! Я бы хотел поднять три вопроса и сделать некоторые предложения по уже прозвучавшим проблемам. Хотел бы дополнить коллег по поводу освещения в СМИ.

Государство много делает для развития паралимпийского спорта, но об этом как-то мало знают, мало говорят, да и достижения инвалидов есть и в других сферах человеческой деятельности – и в литературе, и в науке.

Например, недавно прошёл чемпионат мира по лыжным гонкам и биатлону. Очень хорошо, я считаю, сработал и новый губернатор – Наталья Владимировна Комарова (Н.В.Комарова – губернатор Ханты-Мансийского автономного округа – Югры), и мы провели на очень высоком уровне чемпионат мира. Все зарубежные спортсмены остались довольны, были хорошие оценки. Также в сентябре будет проходить большой международный спортивный форум – мы проводим генеральную ассамблею европейских паралимпийских комитетов. Поэтому надо не только готовить спортсменов, но и проводить такие форумы, которые отстаивают наши интересы и формируют, так сказать, международную повестку дня уже в спортивном движении. Но, к сожалению, об этом знает малый круг специалистов.

Здесь, пока мы готовились к встрече с Вами, уже удалось в рабочем порядке решить такую небольшую, казалось бы, проблему – на портале Правительства Российской Федерации появился значок не только игр в Сочи с пятью кольцами, но и наш значок Сочи с «агитос». «Агитос» – это значит: я двигаюсь. То есть мы на равных ставим и Олимпийские, и Паралимпийские игры. И здесь у меня к Вам предложение: просто, когда Вы выступаете и говорите об Олимпийских играх, всегда говорить через дефис – Олимпийские и Паралимпийские игры. Потому что СМИ, к сожалению, чаще реагируют на те высказывания, которые говорят первые лица. Чем чаще мы будем говорить о Паралимпийских играх, тем больше будет внимания со стороны СМИ изучить, а что же это такое Паралимпийские игры. Вот такое предложение.

И конечно все, не только паралимпийцы, но и все инвалиды нашей страны благодарны, что мы с Вами вместе отстояли право проведения Паралимпийских игр в Гватемале. Создаётся великолепная инфраструктура, которая, я надеюсь, останется не только наследием для Сочи, а вообще для всей страны не только в плане инфраструктуры, но в плане изменения отношения общества к инвалидам вообще. То есть сейчас существует такой стереотип, когда мешают понятия инвалид и больной, то есть априори считают всех инвалидов больными. Отсюда такой застаревший подход, если видят инвалида. Если я прихожу в аэропорт и со мной идёт сопровождающий, подаёт документы, обращаются не ко мне, а к сопровождающему, хотя сопровождающий многих вопросов даже не понимает, он потом у меня спрашивает. Я говорю: вы не ему говорите, вы мне говорите. То есть это такое отношение – видят инвалида, значит, у него что-то с головой. Здесь важно в преддверии создания такой великолепной инфраструктуры подойти и к изменению технологических процессов, которые всю эту инфраструктуру, так сказать, приводят в соответствие.

Я бы хотел здесь остановиться на Воздушном кодексе – этой темой я занимаюсь уже два года. Началось всё с Натальи Присецкой, когда её не пустили на борт самолёта. Цель изменения Воздушного кодекса я считаю в том, чтобы инвалиды могли самостоятельно и независимо жить – независимо, самостоятельно пользоваться той великолепной инфраструктурой, которая создаётся. Эти изменения важны для того, чтобы авиаперевозчики учитывали потребности каждого пассажира и с уважением относились не только к инвалидам, а вообще ко всем маломобильным гражданам: пожилым, временно нетрудоспособным.

Основной спор два года назад возник из-за того, что хотели определить, кто устанавливает для инвалида наличие у него сопровождающего: авиаперевозчик или сам инвалид? По настоящему действующему Воздушному кодексу это определяет авиаперевозчик, который не имеет соответствующих компетенций и не может определить: нужен мне сопровождающий или нет. А ведь один из принципов международного права (и мы подписали конвенцию и намереваемся её ратифицировать), что все государства признают, что для инвалидов важна их личная самостоятельность и независимость, включая свободу делать свой выбор. Здесь, конечно, мы должны именно из этой точки зрения исходить.

Два года назад была создана рабочая группа при экспертном совете фракции «Единая Россия», были разработаны поправки, но, к сожалению, потом Министерство транспорта на каком-то этапе решило заказать НИР, потому что считали, что если инвалид сам будет определять необходимость наличия сопровождающих, то в случае экстренной эвакуации из самолёта кто будет ему помогать. Была выполнена НИР, в конечном итоге министерство сказало, что мы с результатами НИР согласны, а с выводами не можем согласиться, то есть мы концептуально это поддерживаем, но надо там что-то делать, менять. Я говорю, хорошо, давайте вместе сядем с юристами, доработаем эти поправки. Сперва был обозначен срок март, май, сейчас позиция Минтранса – всё-таки внести это вместе с тем комплектом законодательных актов, которые готовятся в рамках изменения законодательства для ратификации Конвенции ООН «О правах инвалидов». По сведениям от Минздравсоцразвития, там очень тяжело идёт согласование, а изменения в Воздушный кодекс уже нужны сейчас, потому что мы при создании технологий для обеспечения Олимпийских, Паралимпийских игр должны уже сейчас аэропорты именно технологически подготовить.

Независимо от позиции Минтранса меня поддержала фракция «Единая Россия», экспертный совет, они сказали: мы поддерживаем твои поправки, вноси их. Они внесены с таким условием: если Минтранс разработает лучше, то я их отзову в любой момент, но надо как-то их ускорить.

Я здесь подготовил Вам небольшое письмо, так сказать, для ускорения работы, которая выполняется в Минтрансе. Всё-таки уже прошло два года, и я считаю, что лишний, так сказать, импульс со стороны Председателя Правительства поможет работу эту довести до конца. Также те поправки, которые внесены в Государственную Думу, размещены уже в течение месяца на отраслевых сайтах «Автотранспортное обозрение» и avia.ru. Также там размещены поправки, подготовленные Минздравсоцразвития, но с отрицательным, так сказать, отзывом на поправки Минздравсоцразвития, и пока возражений со стороны перевозчиков не было. То есть, если нет возражений, значит, авиаперевозчики в принципе поддерживают те поправки, которые были разработаны. И я думаю, что необходимо их немедленно согласовать и уже в осеннюю сессию довести до завершения. Я готов, если будут разработаны лучшие, отозвать свои. В любом случае надо как-то поставить точку.

Переходя на другую тему, хочу поблагодарить за то, что была разработана программа «Доступная среда», и хочу особенно отметить, что впервые программа, которая касается людей с инвалидностью, будет реализовываться восемью министерствами и ведомствами. Каждое министерство будет задействовано для того, чтобы сделать свои услуги более доступными для людей с инвалидностью. Я вообще считаю, что каждое министерство должно иметь план действий по реализации конвенции.

У нас уже есть пример в рамках подготовки к Паралимпийским играм, очень хороший план действий по созданию безбарьерной среды в целях подготовки к Олимпийским, Паралимпийским играм. Очень хороший план, проработанный. Дмитрий Николаевич Козак его курирует, и я думаю, что к Олимпийским играм мы подготовимся на достаточно высоком уровне.

Но еще в рамках программы «Доступная среда» как бы не оказалось так, что у восьми министерств и ведомств, как у семи нянек - дитя без глазу. Я считаю, что нужно внимательнее подойти к межведомственной координации всего того, что делается.

Я повторяю: в государстве очень многое делается. Есть великолепные программы по строительству дорог, по модернизации здравоохранения, по информационной политике. Но вот как в этих программах отражены интересы людей с инвалидностью? Кто это координирует? В Минздравсоцразвития есть департамент по делам инвалидов, но он не имеет возможности экспертно это оценивать. Я с коллегами это обсуждал, но мы не пришли к единому мнению, как это может выглядеть. Может, усилить департамент социального развития? Может быть, департаменту по делам инвалидов придать экспертные полномочия? В Минэкономразвития есть департамент по оценке регулирующего воздействия, через который проходят все нормативные акты, все программы, влияющие на состояние инвестиционного климата, бизнеса вообще. Так и здесь: создать какую-то экспертную структуру, без разрешения которой, без согласования с которой ни одна программа, ни один нормативный акт, который готовится на уровне исполнительной власти, не будет приниматься для исполнения.

Мы тут уже слышали много, что у нас так принято было: на протяжении многих десятков лет инвалидами занимаются только органы соцзащиты. Сейчас хороший подход, прецедент создан при разработке программы «Доступная среда», что восемь министерств и ведомств задействованы. У нас и промышленность должна об этом думать, все ведомства должны об этом думать. При этом хочу сказать: есть совет при Президенте, есть советы при губернаторах, которые на законодательном уровне, на уровне определения стратегии, ведут эту работу. На уровне исполнительной власти не видно именно межведомственной координации. Очень важно: если на уровне Правительства будет принято такое решение, то это автоматически спустится на муниципальные образования.

О чём говорили коллеги – как поддерживать общественные организации инвалидов. Во-первых, необходимо, чтобы был реестр этих общественных организаций. При этом в рамках Общероссийского народного фронта уже идёт такая работа, такая координация. Это надо оставить на будущее, чтобы при главах районов были такие советы, которые могли подсказать разумное решение для главы при реализации тех или иных проектов на уровне муниципальных образований. Что сделать при поддержке муниципальных образований? В Государственной Думе уже год лежит законопроект по поддержке НКО, касающийся того, чтобы дать право муниципальным образованиям в рамках бюджетного кодекса поддерживать региональные организации. Сейчас такого права пока нет.

Что касается добровольцев. Очень хорошая идея, но, к сожалению, на данный момент налоговые преференции есть только для добровольцев, которые работают в рамках больших спортивных мероприятий – Сочи, Казань, по-моему, форум АТЭС. Вообще надо эти льготы, и об этом я говорил с Виталием Леонтьевичем (В.Л.Мутко), распространить на всех добровольцев, которые ведут такую деятельность, а не только на тех добровольцев, которые задействованы в этих крупных мероприятиях.

По поводу технических средств реабилитации – очень важно учесть индивидуальный подход. Как это сделать? Одним из решений может быть сертификат. Во-первых, ТСР (технические средства реабилитации) определяет комиссия при медико-социальной экспертизе. Она может также сказать, если необходим какой-то более индивидуальный подход: «Мы вам даём сертификат – вы можете это оборудование пойти и купить». Потому что ТСР являются одной из возможностей человека почувствовать себя более самостоятельным и независимым, так же как и создание доступной среды.

По поводу машин с ручным управлением -  я считаю, что инвалид должен иметь право не просто покупать какую-то машину, оборудованную, сертифицированную, а вообще на любую машину ставить ручное управление. А как его сертифицировать? Пусть дилеры сертифицируют, которые устанавливают, пусть имеют такое право. Или официальные автоцентры пусть имеют такое право.

И я думаю, что если мы внимательно отнесемся к межведомственной координации, а я считаю, что должно быть принято такое организационное решение, то инвалиды будут представлены во всех сферах жизнедеятельности. Надо уходить от подхода, когда считали и до сих пор многие считают: мы вам повысили государственное пособие и сидите дома, не выходите на улицу. Давайте вам введём дистанционное образование, дистанционное обучение, дистанционное трудоустройство и зарабатывайте. Инвалиды не хотят этого, они хотят жить в обществе, там, где все. И в конечном итоге это важно для общества, которое через смену поколений просто не будет уже на улицах замечать инвалидов. Они будут такими же гражданами, как и все.

В.В.Путин: Спасибо. Что касается координации, это очень важный вопрос. Один из способов решения этой проблемы заключается в новой системе бюджетирования. Мы (Вы как депутат должны знать) переходим к программному методу в работе с бюджетом. Что это означает? Вот, скажем, по проблеме образования: финансы разбросаны по целому ряду министерств и ведомств. По проблемам медицины, медицинским проблемам Вы правильно сказали: тоже финансы разбросаны по целому ряду министерств и ведомств. Иногда мы даже не понимаем, сколько всего мы тратим на то или иное направление деятельности. Смысл этого проектного метода заключается как раз в том, чтобы объединить все направления по одному виду деятельности в одну программу, чтобы была общая картина того, например, что делается в целом в области здравоохранения в стране, – повторяю, по всем министерствам и ведомствам. И в этом случае, безусловно, возникает одно ведущее координирующее ведомство – в данном случае Министерство здравоохранения. Нужно ли для того, чтобы ещё более чётко организовать эту координацию, какое-то специальное подразделение создать? Я сейчас не берусь ответить, но вместе с вами на рабочем уровне мы это ещё проработаем и решим. Но в целом такой проектный метод бюджетирования по задумке Правительства должен принципиально изменить ситуацию с точки зрения координации. Повторяю, нужно ли специальный орган создавать, давайте ещё подумаем и решим.

По поводу кодекса. Это я вам обещаю, они ускорят. Министерство транспорта своё слово скажет – ускорят. Вопрос в чём? Конечно, перевозчик, допустим, не должен определять за человека, нужен ему сопровождающий или нет. Вопрос в том, всегда ли способен человек сам определить, нужен ему сопровождающий или нет. Это серьёзный вопрос, и люди с ограниченными возможностями тоже разные. Есть люди, которые считают, что им не нужен сопровождающий, а на самом деле, может быть, им и нужен. Поэтому это в интересах самого человека, а не только в интересах перевозчика.

М.Б.Терентьев: Поэтому и НИР была разработана, поэтому и были там выработаны сбалансированные решения.

В.В.Путин: Я совершенно согласен, я просто деталей не знаю, но я Вам обещаю, что я их обязательно подтолкну. Вы хорошо сделали, что бумагу заранее подготовили. Они своё заключение сделают в ближайшее время – в течение следующий недели оно будет готово. Где-то, наверное, нужно просто мнение специалиста – врача…

М.Б.Терентьев: Экспертов от авиаперевозчиков.

В.В.Путин: Нет, авиаперевозчиков, мне кажется, вмешивать не нужно: они нагородят тоже – они будут защищать свои интересы, корпоративные. Здесь нужен независимый… Врач, справка должна быть – я не знаю, не готов сейчас окончательное мнение высказать, потому что я не видел этой НИР. В течение недели министерство эту работу закончит.

Наконец, по поводу того, чтобы почаще упоминать, что мы в 2014 году будем проводить не только Олимпийские игры, но и Паралимпийские – это я Вам обещаю. Это будем делать. Это правильно, на самом деле, абсолютно точно.

Давайте вернёмся на эту сторону. Пожалуйста, Михаил Викторович.

М.В.Кибакин (заместитель председателя общероссийской общественной организации инвалидов войны в Афганистане и военной травмы «Инвалиды войны»): Уважаемый Владимир Владимирович!

В.В.Путин: Извините, пожалуйста. И реестр инвалидных организаций тоже, мне кажется, очень важное предложение.

Т.А.Голикова: Владимир Владимирович, мы же рассмотрели на прошлом заседании президиума – Вы уполномочили вести нас реестр социально-ориентированных некоммерческих организаций в сфере здравоохранения, социальной поддержки, социальной защиты, поэтому…

В.В.Путин: Это очень хорошее предложение. Давайте мы его доведём до конца. Надо реализовать это решение.

Михаил Викторович, извините, пожалуйста.

М.В.Кибакин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания! Я представляю Общероссийскую организацию инвалидов войны в Афганистане и военной травмы. Хочу в таком проблемном ключе поставить вопрос, который нас очень сильно волнует.

Вначале, конечно, о позитивном. Я очень позитивно воспринимаю вместе со всеми инвалидами, что тематика именно военных инвалидов постоянно находится в центре внимания наших совещаний. Особенно, конечно, хорошо, что дали такой позитивный толчок рассмотрению закона о возмещении вреда здоровью. Это была вопиющая несправедливость, которая, к счастью, сейчас исправляется. И закон о возмещении благодаря именно такому обсуждению уже вышел на второе чтение.

Очень позитивно мы ощущаем изменения и в организации своей работы, то есть общественной организации, в связи с созданием департамента по делам инвалидов. Постоянное общение с его сотрудниками позволяет реально ощущать, что мы причастны к законотворческой деятельности в работе с инвалидами.

Теперь - проблема. Наглядным её отражением представляется то, что сейчас самые горячие документы – это государственная целевая программа и проекты законов в связи с Конвенцией о правах инвалидов. Такие категории как инвалиды войны, инвалиды военной травмы и инвалиды, имеющие заслуги перед Отечеством, не нашли отражение ни в одной нормативной категории и так далее.

В.В.Путин: Извините, Михаил Викторович, какую федеральную целевую программу вы имеете в виду?

М.В.Кибакин: Государственную программу по доступной среде.

В.В.Путин: Всё. Понял.

М.В.Кибакин: Мы неоднократно вносили предложения о том, чтобы категория «инвалиды, имеющие заслуги перед Отечеством» (она сейчас имеет два ряда: инвалиды боевых действий, инвалиды войны) вошла как отдельная категория. К сожалению, традиционные подходы…

В.В.Путин: Михаил Викторович, опять не понимаю. Если мы говорим о «Доступной среде», какая может быть разница? Мы действительно уделяем особое внимание ребятам, которые получили травмы в результате исполнения своего служебного долга. Но я не очень понимаю технологически: какая разница между инвалидом-колясочником, который им стал не в результате боевых действий, и парнем, который получил инвалидность в результате боевых действий? Всё равно там пандус-то один и тот же. Какая разница?

М.В.Кибакин: Согласен.

В.В.Путин: Ну и что? Я не понимаю тогда…

М.В.Кибакин: А если говорим о физической доступности, тогда это так. Но дело в том, что сама по себе государственная программа «Доступная среда» сконструирована не только чисто по физической доступности, там очень много коммуникативных вещей, она связана с содействием по трудоустройству, производственной базой и так далее.

В.В.Путин: Всё, понял.

М.В.Кибакин: И мы просили, чтобы было указано, что такая категория есть, она имеет право на то, чтобы быть выделенной отдельно. Традиционные подходы в чём заключаются? В программе наглядно видно. Есть, допустим, отдельные мероприятия по глухим, слепым, инвалидам детства – и это правильно. Но когда мы обращаемся с такой же проблемой, чтобы отдельно было мероприятие по нашей категории, нам отвечают следующее: общие принципы методологии государственной политики связаны с социальной защитой инвалидов по тяжести, по группе инвалидности. Чем тяжелее – тем больше мера социальной защиты, и так далее. Но на самом деле это немножко не так, потому что аргументация, что все меры социальной защиты инвалидов, имеющих заслуги перед Отечеством, находятся в ветеранском законодательстве, мне кажется, не совсем самостоятельна. Если бы была какая-то отдельная государственная ветеранская программа, то, понятно, они бы вошли туда. Но считать, что это именно какая-то не совсем относящаяся к общей проблеме инвалидности данная категория, я считаю, несправедливо.

Такая позиция противоречит конституционному принципу суверенности нашего государства, для защиты которого применяется в том числе и военная сила. Понятно, социальное государство у всех на слуху, правовое государство у всех на слуху. И эта категория достаточно сильно разработана. Однако если мы говорим о суверенном государстве, то мы говорим о гражданах, которые полны сил и энергии, в трудоспособном возрасте, сознательно и по воле государства подвергают свою жизнь и здоровье опасности. В этом смысле тяжесть их увечий, на наш взгляд, не может быть единственным мерилом объёма мер государственной поддержки.

В.В.Путин: Михаил Викторович, можно дальше не продолжать в этой части. Я с Вами полностью согласен.

М.В.Кибакин: Тогда можно предложение?

В.В.Путин: Да. Полностью согласен. И могу Вам прямо сказать, мы к этому обязательно вернёмся. Я этого просто не знал.

М.В.Кибакин: Владимир Владимирович, тогда - резюме. Я позволю себе даже несколько…

В.В.Путин: Вы только не подумайте, что я специально Вас перебиваю, для того чтобы не дать говорить, просто хочу сразу обозначить свою позицию. Я с Вами полностью согласен.

М.В.Кибакин: Владимир Владимирович, я, наоборот, рад. Знаете почему? Потому что то, что я хотел сказать, может быть, в унисон прозвучит именно Вашей реплике. Мы очень хорошо знаем вес Ваших слов на таких совещаниях. И я как руководитель одной из общественных организаций инвалидов войны постоянно ощущаю, как Ваши оценки двигают вперёд нашу проблематику. Как подполковник запаса чисто интуитивно я тоже чувствую, что если Вы сегодня это сказали и это найдёт отражение в каких-то нормативных принятых документах, 100% найдутся ресурсы по крайней мере для внимания к этой проблеме, найдутся и возможности для лучшего решения.

В частности, вот у нас проект Вашего поручения, и тут совершенно чётко определено: «принять необходимые меры, направленные на охрану репродуктивного здоровья женщин с инвалидностью». Просится рядом предложение: «предусмотреть меры, предусматривающие поддержку инвалидам, имеющим заслуги перед Отечеством». Это всё. Спасибо большое.

В.С.Вшивцев: Владимир Владимирович, позволите?

В.В.Путин: Слушаю.

В.С.Вшивцев: Дело в том, что ещё в 2002 году, являясь депутатом Государственной Думы, я представлял интересы нашего парламента в постоянно действующей комиссии межпарламентской ассамблеи СНГ. И в рамках этой комиссии прошёл апробацию модельный законопроект о военных ветеранах. И самое интересное, он был принят межпарламентской ассамблеей и как рекомендательный документ был передан в Государственную Думу. И вот как раз эти вопросы и отражены в этом модельном законопроекте: это отношения в части, касающейся людей, принимавших участие в боевых действиях, служивших своему Отечеству, и родителей, потерявших своих кормильцев. Там большой перечень вопросов. Интересно было бы вернуться к этому закону, потому что эта часть является прежде всего обязательством федерального уровня.

В.В.Путин: Мы сделаем то, что предложил Михаил Викторович, мы сформулируем именно так, как Вы предложили, в перечне поручений этот пункт и проработаем его.

В.С.Вшивцев: Спасибо.

В.В.Путин: Татьяна Алексеевна, вместе с Аппаратом Правительства… Да-да-да. И коллег пригласите из силовых ведомств, давайте вместе подумаем.

Прошу вас.

Д.С.Гусев: Здравствуйте Владимир Владимирович! При прошлом нашем общении на конференции в городе Екатеринбурге я забыл представиться. Сейчас мне представилась такая возможность, и я это делаю. Меня зовут Дмитрий Гусев, я блогер из города Екатеринбурга. В прошлый раз я Вам рассказывал о проблеме – о том, что мы с помощью интернет-сообщества реально смогли помочь двум инвалидам-колясочникам. То есть мы с помощью интернет-сообщества сделали проект, собрали деньги и сделали два пандуса для конкретных людей.

В.В.Путин: Помню, помню.

Д.С.Гусев: Да, слева, а от Вас справа, наверху. Когда я шёл на ту конференцию, шёл наудачу, не сильно верил, что это как-то поможет. Но после того как прошла конференция, с нами связались представители «Народного фронта», представители правительства Свердловской области, и, как говорится, всё закрутилось. Закрутилось – в каком смысле? Первое, что было сделано, – это с помощью опять же правительства и промышленных предприятий нашей области были найдены деньги в сумме 50 тыс., которых хватает на очередные два пандуса для инвалидов. Это вот два парня-инвалида (показывает фото), которые живут в соседних домах, два друга. Монтаж одного из пандусов будет начинаться уже в ближайшее воскресенье.

И вторая подвижка, которая была, – это было несколько совещаний в Правительстве, в области, с привлечением, как я говорил, промышленных предприятий и Министерства социальной защиты. И они там приняли решение о том, что, во-первых, будут привлекать промышленные предприятия Свердловской области для мелкосерийного изготовления этих конструкций, и под это дело они будут закладывать в бюджет 13 млн рублей на следующий год. За это Вам отдельное спасибо.

Но здесь какая проблема может возникнуть? Если это делать мелкосерийно и, как говорится, стандартно, то может получиться следующая ситуация. Вот это стандартный подход, а вот это то, что предлагаем мы (показывает фото, на которых видны, чем различаются пандусы стандартные и те, что оплатил Д.С.Гусев). И как уже говорила Наталья Игоревна: сделали пандус, но ездить по нему невозможно, то есть нужно, чтобы это каким-то образом контролировалось в дальнейшем. Это раз.

В.В.Путин: Давайте мы подумаем, как внедрять вот эти нужные -элементарные, самые простые, но нужные - технологии при реализации этой программы «Доступная среда». Мы подумаем вместе с Вами.

Д.С.Гусев: Первое – это изготовить, смонтировать пандус, а второе – его узаконить, потому что это тоже очень большая проблема. Когда мы начали этим заниматься, мы на это убили, грубо говоря, месяца полтора, на то, чтобы его узаконить.

В.В.Путин: Давайте я сейчас не буду предлагать окончательную формулировку. Прямо тоже в наш сегодняшний протокол запишем, как поручение нашим коллегам, ведомствам, чтобы они проработали вместе с Вами. Пускай проработают и подумают, как это внедрить, потому что программа есть, средства там соответствующие выделены. Я уже говорил и ещё раз хочу повторить: важно, чтобы они с умом были потрачены.

Д.С.Гусев: Ну да, с умом. Во-первых, если 13 млн реально будут выделены и если с умом к этим деньгам подойти, то можно помочь не одному инвалиду, даже не одной сотне инвалидов.

В.В.Путин: У нас по программе 50 млрд.

Д.С.Гусев: Нет, я говорю про нашу конкретную область.

В.В.Путин: Я понимаю. А в рамках страны – 50 млрд до 2015-го или 2016 года. Поэтому эти 13 млн найдём. Важно, повторяю, чтобы это в нужное дело было вложено.

Д.С.Гусев: Да, чтобы это не было как вот в этом случае – сделали и сделали, а чтобы это реально помогало.

В.В.Путин: Конечно.

Д.С.Гусев: И ещё раз отдельное спасибо за то, что Вы всё-таки поучаствовали в нашем вопросе, сделали подвижку.

В.В.Путин: Вам спасибо, что Вы инициативу такую проявили. Вы могли бы заняться чем угодно в этом интернете, правильно, в своих блогах? А Вы занялись добрым, нужным делом. Вам спасибо большое. Так, пожалуйста.

М.Б.Терентьев: Владимир Владимирович, вот поэтому тоже предложение. Необходимо привлечь общественные организации в рамках координационного совета при муниципальных образованиях, которые подскажут, как разумно сделать в том или ином месте пандус.

В.В.Путин: Вот, правильно.

Прошу вас, Елена Николаевна.

Е.Н.Орочко (директор учебно-кинологического центра «Собаки – помощники инвалидов»): Я представляю благотворительную организацию «Собаки – помощники инвалидов». Наш центр существует уже больше 10 лет. Занимаемся мы социальной реабилитацией инвалидов с помощью специально подготовленных собак. Мы работаем в трёх направлениях. Первое направление – это собаки-поводыри для людей с потерей зрения. Второе – это собаки-терапевты для детей с особенностями развития. И третье направление, не очень у нас развитое, – собаки-помощники для других категорий инвалидов, в частности колясочников.

За время существования нашего центра мы подготовили больше 60 собак. Наша организация маленькая и в силу этого имеет возможность очень адресно и индивидуально подходить к помощи инвалидам. Наша работа позволяет нам комплексно реабилитировать инвалидов по зрению. Подготавливая для них собак, мы учитываем не только особенности, потребности каждого человека, но и специально готовим собаку по индивидуальной программе. И передавая её, мы привлекаем психолога, педагога-реабилитолога, для того чтобы не просто снабдить человека животным, которое будет ему помогать, но и дать ему на самом деле возможность свободно перемещаться, дать ему все возможности реабилитироваться. Такой есть пример: 18-летняя девушка в Москве всю жизнь ходила с бабушкой, мамой, а получив нашу собаку-поводыря, она учится, доучивается уже в педагогическом институте, ездит через весь город учиться, и благодаря этому коренным образом изменилась её жизнь.

Мы развиваем очень важную, такую уникальную для нашей страны программу, как канистерапия. Это помощь детям с такими диагнозами, как аутизм, ДЦП, грубая задержка развития. У нас есть удивительные результаты, которых мы не ожидали, даже когда затевали, собственно говоря, эту программу. Дети после прохождения целого курса индивидуальных занятий начинают ходить, говорить, учиться в обычных школах.

Мы очень активно привлекаем волонтёров к нашей работе. Мы считаем, что это очень важно не только потому, что они позволяют экономить средства (это для нас принципиальный вопрос), но и потому что волонтёры показывают пример того, что помочь другим людям и стать благотворителем фактически может любой человек. Для этого не нужны никакие особые требования, для этого нужно только собственное желание. Конечно, основную работу у нас проводят профессионалы – тренеры-дрессировщики, педагоги, которые имеют огромный опыт работы. Самый старший наш дрессировщик имеет опыт работы 30 лет именно в этой области. Нельзя сказать, что у нас нет проблем. Проблемы у нас есть. Главным образом это наш лист ожидания, который растёт просто с катастрофической скоростью. Человек, который обратится к нам сегодня, получит своего поводыря или терапевта через три года, а может даже и позже, потому что мы не можем работать быстро, и нам не хватает, конечно, средств. Мы благотворительная организация и существуем исключительно на средства спонсоров, которые не всегда откликаются в той мере, в которой мы хотели бы.

В.В.Путин: А у вас наши гранты есть какие-нибудь?

Е.Н.Орочко: Нет.

В.В.Путин: Давайте дадим.

Т.А.Голикова: Владимир Владимирович, ещё раз обращаюсь к тому решению, которое Вы приняли. В бюджете этого года, по-моему, в Минфине зарезервированы средства в объёме 900 млн рублей на поддержку социально-ориентированных некоммерческих организаций. Я так понимаю, что через какое-то время эти средства будут раскассированы и тогда будет возможность…

В.В.Путин: Давайте. Это можно тянуть до конца года. Этого не нужно делать. Антон (обращаясь к А.Г.Силуанову), давайте, ускорьте это дело. И Татьяна Алексеевна, возьмите все координаты. Доброе дело, хорошее.

У вас сколько человек там работает?

Е.Н.Орочко: У нас работает пять человек, но мы не можем даже привлечь их в полной мере, потому что не можем гарантировать им оплату.

В.В.Путин: А очередь на собак какая?

Е.Н.Орочко: На 3,5 года 35 человек.

В.В.Путин: 35 человек?

Е.Н.Орочко: Да. Мы маленькая организация, мы даже не афишируем, что называется, свою деятельность.

В.В.Путин: Я понимаю.

Е.Н.Орочко: Потому что единственным результатом будет возрастание очереди только.

В.В.Путин: Мы вам обязательно поможем.

Е.Н.Орочко: Спасибо.

В.В.Путин: Вы хотели что-то сказать? Александр Васильевич, пожалуйста.

А.В.Клепиков (первый заместитель председателя Всероссийской общественной организации «Всероссийское общество инвалидов»): Разрешите поблагодарить Вас за помощь нашей общественной организации. Это позволило и прирастить чуть-чуть занятость, и сохранить. Но я не для этого выступаю, чтобы только поблагодарить. В связи с участием в этой программе стала ясной одна проблема, которая характерна для всех предприятий, общественных организаций инвалидов. Это следующее – с одной стороны, в программах мы требуем обновлений, это объективное требование рынка, правильно? С другой стороны, критериями программ являются лишь показатели роста. А Вы знаете, что не всякая модернизация ведёт к росту производства, она просто меняет продукт. И очень часто сама модернизация сокращает количество рабочих мест за счёт автоматизации, за счёт других технологий. Поэтому хотелось бы, чтобы в той программе, что есть, и в будущих программах занятости критерием был не только прирост рабочих мест, но и сохранение, обновление действующих рабочих мест. Потому что вот работает 15 инвалидов и прирастили 2. Что, 15 старых оставить, а 2 новых? К старому новое? Значит, эта занятость сохранена должна быть, а потом на этой основе, когда мы прежнюю занятость технически обновили, вот к ним уже приращивать на новой технической основе. Почему я это говорю? Потому что большинство наших предприятий, и Вы знаете об этом, – это мелкие и средние предприятия с низкими, технически изношенными основными фондами. Поэтому сейчас встаёт проблема, чтобы это удержать, а потом прирастить, а не ставить только это. Потому что если деньги мы взяли на это, то Счётная палата смотрит во вложениях прирост и говорит: а вот туда вы не можете, мы всё понимаем, но вы туда не можете из эти деньги вкладывать.

И второе. В программе учитывать, что на предприятиях общественных организаций инвалидов существует проблема как раз доступности среды. Допустим, работает в заводоуправлении восемь инвалидов. Если мы вложили средства прямо в их рабочее место – это всё правильно, всё засчитывается, а если заасфальтировали и сделали пандус для них, условия лучше сделали, говорят: нет, это другое направление. Тут спорить приходится. Понимаете, жизнь по-другому ставит некоторые проблемы, и я бы хотел, чтобы, когда мы составляем программы и реализуем, мы…

В.В.Путин: Это вы сейчас говорите тоже про программу «Доступная среда», да?

А.В.Клепиков: И «Доступная среда», и до этого была социальная программа.

Т.А.Голикова: Программа снижения напряжённости на рынке труда.

А.В.Клепиков: В 2006–2010 году. И там, и там – везде оперируют приростными показателями. А приростной – это не экстенсивное. А уж Вы-то знаете, какой у нас технический потенциал!

В.В.Путин: Это было особенно актуально в период кризиса и острой безработицы, поэтому тогда сделали акцент на прирост рабочей силы.

А.В.Клепиков: И в связи с этим хотел бы сказать, что поддержка должна носить комплексный, а не только денежный характер. Допустим, два года назад было Ваше поручение о приравнивании наших предприятий к средним и малым. Документ сделан, а второе чтение так и не проходит, лежит в Правительстве. Хотелось бы, чтобы импульс был дан этому делу.

В.В.Путин: Это в рамках чего мы приравняли к средним и малым предприятиям?

А.В.Клепиков: К малым и средним предприятиям. Допустим, по всем техническим показателям (выручка, прибыль, объём) они к малым относятся. Но у них существует одно ограничение, которое было принято в 1990-х годах, что к малому бизнесу относятся те предприятия, в уставном капитале которых – меньше 25% у государства либо общественных организаций(имею в виду большие организации). Они отсекли и инвалидов, и вот теперь на этом основании нас не могут приравнять, понимаете?

В.В.Путин: Хорошо, давайте мы вернёмся к этому. Напомните мне тогда.

Т.А.Голикова: По-моему, речь идёт о том законе, который из двух частей состоит: по имуществу и по льготам среднему и малому бизнесу.

А.В.Клепиков: Да, программа малого бизнеса, ничего больше. Просто они технически к этому подходят. Давайте мы так же будем работать, по таким же параметрам.

В.В.Путин: Хорошо. Нелли Борисовна (Н.Б.Найговзина, директор департамента социального развития Аппарата Правительства Российской Федерации), посмотрите вместе с Набиуллиной (Э.С.Набиуллина) и сделайте нам предложения.

Н.Б.Найговзина: Было совещание по этому вопросу, там приняли решение о поддержке этого законопроекта. Сейчас готовятся отзывы, 29-го будет законопроектная комиссия.

В.В.Путин: Если там будут какие-то задержки, напомните мне тогда.

Н.Б.Найговзина: Хорошо.

А.В.Клепиков: А что касается общего по социальной защите, то мне бы хотелось тоже очень кратко остановиться на одном вопросе, потому что время действительно у всех… И устали. На мой взгляд, настало время восстановить службу государственной реабилитации. В чём суть? Суть ведь не только в том, чтобы добавить во МСЭК специалиста по реабилитации, который там коляску подберёт... Нужен специалист, как в Канаде, как в Штатах. Мы, кстати, участвовали в программе с ними и опыт этот знаем. Нужен специалист, который будет сопровождать инвалидов по жизни. Понимаете, он этому только обучен. Он не МСЭК только занимается. МСЭК – это экспертиза. Это спорно, конечно, это только моя точка зрения, что реабилитологи должны быть выведены из МСЭК, потому что это разные вещи: экспертиза – это экспертиза, реабилитология – это реабилитология. А у нас с введением одного специалиста считается, что проблема закрыта. Вот у нас есть специалист – он всё сделает. Однако это не так. Надо учить пользоваться коляской, надо учить его жить в семье, как дом приспособить, как в школе учиться. Сопровождать инвалида, особенно тяжёлого, должен специалист в первую очередь. Общественные организации тут только помощники. Они и так свой опыт передают. Ну как передают? Я встречаюсь и говорю: «Как ты это сделал?» Он говорит: «Вот так». Это хорошо. Но надо государство, надо общественные организации должны идти в смычке. Всё, что я хотел сказать.

В.В.Путин: Я, собственно, тоже об этом говорил в своём вступительном слове. Я здесь полностью с вами согласен.

Что касается закона, я хочу на этом всё-таки акцентировать внимание, не пропустить это. Тоже давайте запишем это в сегодняшнем нашем решении, так, чтобы не потерялось. Абсолютно правильно.

Уважаемые коллеги! Знаете, что хотел сказать в завершение? Мы в целом практически постоянно занимаемся вопросами, связанными с поддержкой инвалидов, людей с ограниченными возможностями, по целому ряду программ. Фактически постоянно! Но что хотел бы отметить сейчас? Что такие встречи, как это ни странно для меня самого, всегда оказываются полезными, потому что, когда прямой контакт с людьми, которые занимаются этими проблемами и сами столкнулись с определёнными сложностями в жизни, в ходе этих прямых контактов проблемы становятся яснее, понятнее и острее. Я очень рассчитываю на то, что мы вместе с вами будем и дальше двигаться по решению всех вопросов и всех сложных ситуаций, перед которыми оказываются наши граждане с ограниченными возможностями. Повторяю, их у нас 13 млн в стране! Вместе с вами мы должны и будем делать всё, для того чтобы они чувствовали себя достойно, полноценными гражданами Российской Федерации.

Вам спасибо большое за сегодняшнюю беседу!

Сайт правительства РФ

Схожие публикации

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *