Победитель ННД

Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов

Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидовИлье Киселеву из Толочина — 32 года. Шесть из них он лежит — к инвалидности привел несчастный случай. Ухаживает за ним жена Любовь. Живут супруги в чужом частном доме. Женщина вручную стирает, таскает дрова, топит печки, возит тяжелые бидоны с водой, готовит в кухоньке без всяких удобств, моет посуду в тазике. Илья прикован к постели, но он мужчина, хозяин — и даже в этом положении строит дом.

— У меня оскольчатый перелом шейного позвонка с нарушением проводимости спинного мозга. Перенес три операции. Из-за чего это произошло? Я раньше занимался любительской борьбой, весил под 95 кг. И мы просто с одним парнем баловались после тренировки. Во время схватки я всем своим весом упал — головой в пол. Упал на ровном месте. И больше не встаю, — вспоминает Илья.

Люба в это время готовит для нас чай в кухне за стеной. Спокойно, без суеты. Это только одно из сотни ее дел на сегодня. Ей надо беречь силы.

«Выстраданная любовь — самая сильная»

— Моя мама живет в 400−500 метрах от нас, но к нам не приходит. Она выпивает… Есть две сестры: одна — под Москвой, вторая — под Витебском. У них свои семьи, и моей жизнью они не интересуются. Я пару раз звонил им по скайпу, но они не хотели общаться. Единственный мой родной человек — жена, — признается мужчина.

— До того как со мной все это случилось, мы с Любой были просто знакомы. Я общался с ее лучшей подругой. Потом Люба узнала, что я в таком положении, приехала меня навестить. Увидела, как я живу, что родственники выпивают, курят… И решила меня забрать и ухаживать. Без всяких задних мыслей. Это уже потом я сделал ей предложение. Я крестился, нас обвенчали.

Родители — и ее, и мои — были против, чтобы мы сошлись. Но мы вместе. Живем и радуемся. Выстраданная любовь — самая сильная и надежная.

Люба приносит охапку дров, подбрасывает их в печку. Прислоняется к стене. И спина, и руки у нее натруженные:

— Я болею постоянно, не выздоравливаю никогда. Ну потягай ты его… — говорит она. Тихо, без капли зла и раздражения.

— Вот именно — потягай меня, — сочувствует жене Илья. — Я ж килограммов 70 буду. А она ж меня и переворачивает, и на коляску сажает. А еще потягай воду, дрова… И все одна. Утром Люба встает, топит две печки, убирает, готовит еду, кормит меня, моет посуду, кормит собак, потом делает мне массаж…

Жена помогает мне и мыться — насколько это возможно в наших условиях. Полноценно я не моюсь больше года. У нас нет ни ванны, ни душа. А в бане мыться не могу — поднимается давление, однажды в бане я ослеп. Поэтому приподнимаюсь на постели, свешиваю голову и мою ее над тазиком. А тело жена обтирает полотенцем или влажными салфетками.

Она целый день на ногах. А я… Я могу только подсказывать и командовать. К вечеру она устанет, спина болит, ноги. И у меня постоянные боли. Трубка эта стоит в животе… Бывает, что и поссоримся.

— Так, несерьезно — из-за бытовухи. Из-за нее же все мужья и жены ругаются, — улыбается Люба. — Вообще я ни разу не пожалела, что забрала Илью. Ну золотой он у меня! Добрый, отзывчивый. Из-за этой доброты и вышла за него, поверила ему.

Люба ходит за водой к колонке. Ближайшая — через пять домов, что в ту, что в ту сторону. Кроме пуделя Майи, у Киселевых живут еще три собаки — хаски Лорди, западно-сибирская лайка Гроза и недавно прибившийся ко двору Тайфун. Семья планирует разводить и продавать щенков хаски.

Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов
Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов

«И муж, и друг, и ребенок»

Мы вышли во двор — посмотреть Любино хозяйство. И в разговоре по-женски она признается, что с самого начала понимала, на что идет:

— Конечно, знала, что придется и поднимать мужчину, и мыть. Но забрала его, потому что пожалела. Он был такой худой. Образовались сильные пролежни, в них завелись черви… Я не могла его не забрать в таком состоянии.

Когда Илья попал в реанимацию, я уже думала: все. Мы даже попрощались друг с другом. Когда муж ослеп, едва пережила это. К счастью, зрение вернулось. Я все время с ним езжу по больницам, реабилитационным центрам. Днем смотрю за Ильей, а ночью сплю в коридоре на кушетке.

Чувства к больному мужчине у Любы появились не сразу: «Вначале у нас была просто дружба. Я еще тогда мечтала о замужестве — за другого человека хотела. А сейчас Илья для меня и муж, и друг, и ребенок. Кроме него, я почти никого не вижу. Разве что на полчасика к тетке сбегаю. И скорей домой: у Ильи в любой момент может скакануть давление. Что такое посиделки с подругами, уже и забыла, хоть они у меня и хорошие, понимают меня».

Люба — парикмахер. Но она уже давно никого не стригла, не делала причесок. В последние годы ее «работа» — Илья. Молодая женщина смирилась с тем, что не может работать по специальности, которая ей нравилась. Как и с тем, что у них не будет детей.

Дом, куда пустили из милости

Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов
Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов

Дом, в котором живет молодая семья, — старый. Он осел и потрескался. Здесь холодно и много мышей. Но Илья и Люба рады и такому жилью. Однако воспринимают его не иначе как временное.

— Нас сюда пустили из милости. Третий год тут живем. Бесплатно, просто за то, что присматриваем за порядком. Те зимы были еще более-менее, а сейчас — морозы. Одна печка топится почти круглосуточно. Вторая тоже, но она вовсю дымит. Но и две печки не спасают. Однажды, прикиньте, просыпаемся, а в этой комнате — 3 градуса тепла, в кухне — вообще 0. Приходится включать обогреватель. Но он сильно мотает свет: в этом месяце, наверное, 500 тысяч заплатим за электроэнергию.

Первое время молодая семья жила с Любиной мамой — в общежитии. Но оттуда их вскоре прогнали — Илья не был там прописан. Тогда Киселев начал воевать с чиновниками за крышу над головой, писал в разные инстанции, дошел до Администрации президента.

В итоге ему позвонили и сказали: «Можем дать вам землю. Берите льготный кредит и стройтесь». Так в Толочине был заложен фундамент нового дома.

«Очень сильно», по оценке Ильи, помог председатель местного райисполкома Сергей Егоров: «Он давал мне людей на стройку. Пытался выбить субсидии. Хороший человек, всякую проблему разбирает сам».

В Москве возможна операция, которая помогла бы Илье встать и пойти. Стоит она около 38 тысяч долларов. Но об этом мужчина сказал вскользь. Все его мысли сейчас заняты строительством дома. Это главная цель. Хоть, конечно, выздороветь он тоже очень хочет.

Киселевым дали льготный кредит в сумме 327 млн рублей под 5 процентов годовых на 20 лет.

«Но этого очень мало, чтобы построить дом. Даже такой маленький, как у нас, — 58 «квадратов». Сейчас нам сказали оплатить проведение коммуникаций — газа, воды, электричества. Это стоит более 65 млн рублей. И мы ищем эти средства. К тому же в стройке всегда есть непредвиденные расходы: болтики там, шурупчики…

Все это купить не за что. Моя пенсия — 1 млн 960 тысяч рублей, Любина зарплата по уходу за мной — 1 млн 600 тысяч. Мне постоянно нужны лекарства. Например, один препарат стоит 700−800 тысяч. Одна бутылочка. А их нужно три — на курс, раз в год. И это не считая множества других препаратов…" — рассказывает Илья о семейном бюджете.

Дом мечты

Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов
Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов

В комнате, в изголовье кровати, стоят новенькие стеклопакеты. И они греют сердце хозяина. Эти окна — символ веры в этой приземистой хатке с мышами и холодом из каждой трещины. Реальный знак того, что семья не вечно будет мыкаться по углам.

В свободную минутку Люба любит посидеть с книжкой. А Илью тяготит зима. В холодное время года он не может бывать на прогулке, иначе попадет в больницу. «На Новый год так хотелось на елку! На улице люди веселились, запускали фейерверки, а мы окна зашторили, чтобы не так страдать, что не можем попасть на праздник».

Илья задумал интересный проект — создать в будущем доме социальный центр для инвалидов и их детей.

— Понимаете, я хочу служить людям. Пока я этого делать не могу. А когда мы построим свой дом и в нем будет уют, то смогу, — уверен мужчина. — Там есть участок 20 соток и рядом речка. Планирую благоустроить берег и поставить большой плот в виде корабля, чтобы на него могли заезжать колясочники и ловить рыбу. Летом можно будет разводить костер, жарить шашлыки, петь песни под гитару. Я уже нашел волонтеров, кто поможет проводить музыкальные вечера.

Хочу поставить во дворе большой бассейн, чтобы инвалиды могли плавать, разрабатывать опорно-двигательный аппарат. Есть два грузоподъемника, с их помощью можно будет человека цеплять и опускать в воду.

Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов
Прикованный к постели мужчина строит дом и центр для инвалидов

Дом, как я говорил, строим небольшой, но в мансарде будут две гостевые комнаты.

То есть я строю этот дом не только для себя, а чтобы помогать другим, кто в таком же положении. Но мне, слава Богу, повезло: у меня есть жена. А ведь есть инвалиды, кому тяжело переносить одиночество. Хочется дать им вдохновение для жизни, чтобы они не сидели по домам, не унывали, чтобы у них было развлечение.

Возводить дом, по словам Ильи, им бесплатно помогают верующие друзья. Они приезжают в Толочин из Барановичей. Это неблизкий свет, поэтому стройка идет не так быстро, как хотелось бы.

Но хозяин уверен: дом мечты он все равно построит. А пока любуется новостройкой на фото в своем телефоне. Ждет весны, когда сможет лично съездить на стройплощадку. И очень надеется, что там закипит работа.

https://news.tut.by/

Схожие публикации

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *