Победитель ННД

Детективный рассказ о простом человеке

Детективный рассказ о простом человеке

«Это нельзя, то не положено. Об этом не говори, этого не делай» – как живется человеку с инвалидностью в социальном государстве.

Я встречаю его на остановке. Подхожу, жмем руки. Моего нового знакомого зовут Сергей, ему 33 года. Хорошо одет и носит очки, из-под которых видны искрящиеся глаза.

«Пойдем, я на тренировку спешу», – размеренно говорит Сергей спокойным голосом, показывая на спортивную сумку. Оказывается, Сергей занимается волейболом в одной из минских школ. Он не профессиональный игрок, но на тренировки ходит регулярно уже три года. Признается, что ездит в зал через весь город, дважды в неделю. Его приняли в любительскую команду, и ему нравится тренироваться с этими людьми. «Не так-то просто было найти ребят, которые согласятся со мной играть», – говорит Сергей.

Дело в том, что у Сергея эпилепсия. В 9 лет в школе упал с брусьев, а в 12 начались судорожные приступы.

Успешно окончил школу (на «хорошо» и «отлично»), закончил пять лет музыкальной школы по классу «фортепиано». Поступил в Минский государственный торговый колледж.

«Учился я хорошо. Заболевание этому, к счастью, не мешало: больших приступов во время занятий не случалось. Но вот на последнем курсе случился один сильный приступ и меня попросили забрать документы. Конечно же, я отказался. Так что колледж тоже закончил, с присвоением специальности экономиста-бухгалтера». Потом еще проходил курсы повышения квалификации, обучился на оператора ЭВМ.

После обучения Сергей занялся здоровьем: ездил на лечение в Москву в 2003 году, делал платную операцию по высечению эпилептического очага. Занимался с невропатологом, подбирал лекарства для уменьшения частоты приступов. В результате удачного подбора медикаментов приступы ослабли и в 2008 Сергей начал искать работу.

Тут-то он и столкнулся со всеми сложностями поиска рабочего места. Стандартное «без опыта работы и стажа не берем» дополнялось отказами в рабочем месте по причине инвалидности. Хотя группа инвалидности рабочая.

«Обратившись в центр социального трудоустройства, я получил направление на реабилитацию: бухгалтером в ТУП Магазин «Сделай Сам» на базе общества инвалидов, — вспоминает Сергей и, сделав паузу, добавляет, — это было ужасно! Сплошное унижение! Меня даже в кабинет бухгалтерии не пускали. Реабилитацию я, конечно же, не прошел до конца».

В повторной реабилитации центр социального трудоустройства отказал, хотя первая не была завершена. «Один раз я устраивался работать в ТЦ «Корона» и успешно прошел первый этап собеседования. Назначили второй этап – собеседование с директором. Про инвалидность свою не упоминал, но, по глупости, положил копию удостоверения и индивидуальную программу реабилитации в общий пакет документов. Второй этап для меня сразу же отменили: сказали, у меня нет квалификации для работы в сфере торговли. И это после окончания торгового колледжа!».

Комитет по труду, занятости и социальной защиты на все письма и просьбы отвечает стандартными «у вас отсутствует требуемая квалификация».

Сейчас Сергей работает в одном из семейных развивающих центров Минска. Должность очень непонятная: не то администратор, не то работник колл-центра или даже курьер документов — все в одном. К моему приходу рабочее место Сергея явно подготовили: повесили какие-то украшения, убрали кипу бумаг, расчистили рабочий стол.

Небольшое помещение, в котором расположен импровизированный офис, находится на первом этаже жилого дома, вход со двора – в таких помещениях часто организовывают малые конторы и кружки для внеклассной занятости школьников.

Неполный рабочий день с окладом в 500 000 в месяц – невероятные суммы для наших дней.

“Несколько раз я, было, заводил разговор о повышении оплаты, – вспоминает Сергей, – но в ответ получал только: «Не нравится? Увольняйся!».

Нашу беседу на рабочем месте прерывает визит начальницы. «Я, конечно, извиняюсь, – говорит она, – но у тебя рабочий день заканчивается скоро. Так что работай и давай быстрее!».

Обращаясь уже ко мне, начальница говорит отправить текст почитать перед публикацией. Что я там про них писать собрался.

Это уже второй раз, когда с меня требуют «прочитать материал перед публикацией». Первый раз волейболисты боялись, что я напишу «что-то не так» и у них будут проблемы. Тренера даже уволить могут, если я напишу про человека с эпилепсией в команде игроков.

Материал про жизнь простого человека постепенно превращается в детективную историю о разведчике: ни имен, ни паролей, ни явок не называть, адреса не указывать.

Явно многие опасаются иметь дело с людьми с особенностями, не хотят получить проблем от таких знакомств. «Люди просто сразу прекращают общение, когда я завожу разговор о своем недуге», – с грустью говорит Сергей.

Хотя на деле не приходится прилагать особых усилий при оказании первой медицинской помощи людям с эпилепсией.

Дома встречает мать Сергея, Людмила Анатольевна, вежливо приглашает пройти. Показывает комнату: диван, большой компьютерный стол и шкаф-купе, комод.

«Вся вот эта мебель, кроме дивана – дело рук Сергея. Он сам проектировал, носил материалы на распил, конструкцию сам собирал. Вообще он – моя главная опора и хозяин в доме», – говорит мать, глядя на сына.

«Единственная помощь со стороны государства – пенсия по потере кормильца, которую получает Сергей. Муж мой умер. Был военный, в ракетных войсках. Никаких дотаций по инвалидности нет. У самой — проблемы с ногами, никуда из дома не выхожу. Вот и живем, как в камере».

В углу комнаты стоит сложенный стол для массажа. Оказывается, Сергей – дипломированный специалист по массажу, окончил специальные курсы. Но дальше учиться в медицинский не смог пойти. «Высшее образование с эпилепсией нельзя получать, – говорит Людмила, – а если кто-то и умудрился поступить – значит, как-то сделали справки о нормальном состоянии здоровья». Поэтому приходится Сергею только практиковаться на знакомых: официально работать без образования нельзя, да и лицензию на открытие ИП тоже не выдадут.

Про работу сына Людмила вспоминает, что по достижению совершеннолетия выдали рекомендацию к работе «легкий канцелярский труд». Что это такое и где таких работников набирают – никто не объяснял. После долгих походов в Министерство здравоохранения и прохождения многочисленных тестов выдали нормальную рекомендацию с разрешением работать по специальности «экономист-бухгалтер». А распределения не обеспечили. Центр социальной занятости и трудоустройства на пару с Минским райисполкомом дают только отписки по работе.

«Говорят, что место рабочее есть, указывают, куда поехать. Катишь через весь город, а там отвечают: а нам не нужны такие работники!», – добавляет Сергей.

«Мне-то больше ничего и не надо от государства! Дайте только сыну работу нормальную. Он же не сидит на месте, старается, делает что-то. Руки у него золотые! А на хорошее место устроиться не дают».

С краснеющими от слез глазами, Людмила завершает разговор словами известной французской песни: «А в остальном, прекрасная маркиза, Всё хорошо, всё хорошо!»

https://socnews.by/

Схожие публикации

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *