Победитель ННД

Чтобы спасти сына, продала квартиру

Чтобы спасти сына, продала квартируМать-одиночка вынуждена выживать с сыном-инвалидом на 5 тысяч рублей в месяц. Через два месяца Динару исполнится пять лет. Улыбчивый мальчуган, сидя в кресле, с детской непринужденностью рассказывает о том, что сейчас он будет купать пластилин. И тут же шаловливо отправляет кусочек мягкой массы в стакан с водой и смеется. Казалось бы, перед нами абсолютно здоровый малыш, но Динар не может ходить. Диагноз врачей – врожденный ДЦП. Причем до года мальчик не мог поднять даже головы, находился в лежачем состоянии. Только благодаря нечеловеческим усилиям своей мамы у него наконец-то появился шанс...

36-летняя Рафиля родом из Башкирии. В Екатеринбург она переехала еще в 1997 году. Устроилась на работу продавцом-консультантом. Через несколько лет познакомилась с будущим супругом.

- Как все родители, мы мечтали о детях. Часто разговаривали с мужем на эту тему. Когда я забеременела, мне было 32 года, - вспоминает женщина. – В больнице сказали: будет двойня. Я была безмерно счастлива, что стану мамой сразу двух малышей.

Однако беременность проходила очень тяжело.  С третьего месяца женщину положили в больницу. Диагноз – маловодие и угроза потерять обоих. Все это время муж переживал за здоровье Рафили и будущих детей: навещал жену в больнице, передавал гостинцы.

Первым родился Динар, следом второй мальчик. Детей сразу же после родов положили в реанимацию. Сама Рафиля двое суток не приходила в сознание.

- Когда очнулась, сразу же начала спрашивать про детей, как они себя чувствуют. Еще через сутки мне разрешили их увидеть, - продолжает наша собеседница. – Первого я взяла на руки Динара. Материнское чувство никогда не подводит. Я почувствовала на голове у него что-то мягкое.  Стала интересоваться у врача. Тогда-то она мне и рассказала, что во время кесарева сечения врачи задели головку ребенка скальпелем.

В результате поражение головного мозга и диагноз ДЦП. Спустя еще пять месяцев новое горе – умер второй ребенок (не смогли до конца расправиться легкие).

- Мы успели дать ему имя. Его звали Алмаз… - тихо добавляет рассказчица.

У семьи остался один мальчик. Рафиля даже мысли не допускала о том, чтобы оставить ребенка. Решила бороться. Прочла множество отзывов от людей со схожей судьбой, узнала о лечении, больницах, операциях, которые могут помочь. Тогда же они с мужем решились на отчаянный шаг - чтобы поставить сына на ноги, продали «однушку» на Уралмаше.

-  Многие осуждали. Говорили, что ребенок – инвалид, так еще и будете теперь скитаться по чужим квартирам, - вздыхает женщина. – Но как можно было отказаться от единственного шанса? Как можно отказаться от своего ребенка? Динар был совсем лежачий. Нужно было что-то делать.

Одна за другой последовали дорогостоящие операции. Сначала в Германии за 980 тысяч рублей, затем еще три в Туле общей стоимостью 770 тысяч рублей. Помимо этого, Рафиля с Динаром прошли множество курсов: массаж, физиолечение, лечебно-физкультурный комплекс.

Чтобы спасти сына, продала квартиру
Чтобы спасти сына, продала квартиру

- К тому моменту отец Динара отказался от сына.  Сказал, что больной ребенок ему не нужен, - признается Рафиля. - Я забрала Динара. И мы уехали обратно в Башкирию к родственникам. Хотелось убежать из этого города.  Но здоровье сына заставило вернуться. Уровень медицины в Башкирии намного ниже. Там нет ни ипотерапии, ни медицинских аппаратов, которые есть в реабилитационных центрах Екатеринбурга. А после операций в Туле у нас появилась положительная динамика. А значит - и надежда. В год и два месяца Динар начал поднимать головку, в год и семь – переворачиваться. У него стала разгибаться ручка в локтевом суставе и сейчас он все может делать сам. Вот только ходить пока не может…

По этой же причине Динара не берут в детский садик.

- В Верхней Пышме есть садик с двумя группами для деток с ДЦП. Но нас не взяли, потому что мы не ходим. В группе есть детки в более тяжелом состоянии: один лежачий, двое сидячих. Воспитательниц всего три. Четвертого сидячего ребенка будет не потянуть, - объясняет Рафиля. – Нам дали надежду, сказали, если будет динамика, то можно прийти в августе. А динамика есть! Год назад мы еще не могли встать.  А сегодня можем передвигаться с поддержкой и ходунками.  Сейчас Динар сам начал потихонечку раздеваться, одеваться. Он старается.  Я иной раз скажу: «Динар, сынок, одень сам колготки.  Помоги маме». А он смотрит, улыбается: «Конечно, мама, я же тебя люблю».

-  Смотрите, какие у меня краски.  Мне их мама подарила, - прерывает наш разговор Динар. – А еще у меня автомат есть.  Его мне Дед Мороз принес. И папа приезжал к нам прошлым летом.  Книжку подарил. Но к нам заходить не стал. Он умер.

- Это вы так объяснили Динару отсутствие отца? - растерянно спрашиваю я у Рафили.

- Нет, - тихо отвечает та. – Мальчик у меня умный, все видит, понимает.  Спрашивает: «Почему папа не приходит?», «Почему он не звонит?», «Почему он нас бросил?». А иной раз на улицу выходим, он смотрит на ребят и задает мне вопрос: «Мама, почему я не хожу?» Я объясняю, что пока болят ножки. Вот полечим их и будешь прыгать, скакать, как все детки. Но мне очень тяжело на такие вопросы отвечать.

- Буду прыгать, как зайчик! – смеется Динар.

Пока же из-за того, что Динара не берут в садик, его мама не может пойти на работу – за сыном нужен постоянный уход. Рафиля получает пенсию по уходу за ребенком 6500 рублей.  Динар по инвалидности – 12 500 рублей. Еще 1055 рублей им платит социальная защита. Вдвоем они живут на съемной квартире в Верхней Пышме, которую Рафиле помогли подыскать родственники. За нее отдают 15 000 рублей.  На остальные копейки живут.

- Спасибо огромное родным и друзьям, - не унывает Рафиля. – Бабушка с дедушкой помогли с мебелью, родные и друзья кто одеждой поможет, кто продуктами. Они поддерживают и морально, и физически. Без них я бы никогда не справилась. Конечно, если бы Динара взяли в садик, я бы устроилась на работу. Нам стало бы полегче. Появилась бы возможность купить подержанные тренажеры для занятий.  Отложить на коляску.

Специальная коляска для детей с ДЦП в Екатеринбурге стоит 85 тысяч рублей. Таких денег у Рафили нет. Сейчас женщина возит Динара на обычной коляске. Но она не выдерживает нагрузки, так как рассчитана на маленького ребенка. Потому часто ломается. Когда коляски нет, Рафиля носит Динара на руках. А в день им приходится объезжать по нескольку больниц, посещать сеансы массажа, ипотерапии, лечебной физкультуры. В будущем им предстоит пройти еще несколько сложных операций. И, тем не менее, Рафиля продолжает верить, что когда-нибудь Динар сможет взять ее за руку и пойти.

- Силы у нас еще есть, возможности нет. А так не хочется останавливаться на полпути.  Всего-то нужен толчок. И он вот-вот пойдет сам, - уверена любящая мама.

Видео смотрите тут

https://ural.kp.ru/

Схожие публикации

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Размер шрифта