Победитель ННД

Дмитрий Соловей – Жить жадно

Дмитрий Соловей - Жить жадноРодителям Димы говорили, что он не доживет и до совершеннолетия, но сейчас ему 35, у него три дочки и красавица жена. Есть работа и планы на будущее. Все это время он живет с редким генетическим заболеванием — миопатией Дюшенна-Беккера. Его мышцы постепенно слабеют, не исключая и сердце. Последние девять лет Дима на коляске и прекрасно понимает, что будет только тяжелее и хуже. Но он мечтает организовывать поездки и слеты для подопечных «Генома», которым еще тяжелее. «Родители детей с такими заболеваниями нуждаются в колоссальной поддержке, — уверен он. — Они понимают, что у ребенка мало времени, и ему нужно успеть дать все!»

— Дети! Вита, Мила, Юля! Идите есть! — кричит Дмитрий, ловко раскладывая по тарелкам свежеиспеченные оладьи.

На кухню прибегают три девчонки: восьмилетние двойняшки Мила и Вита. И младшая Юля, ей пять лет. Это она инициатор оладьев. Пару дней напоминала папе, что он обещал их испечь. В итоге папа сдался, приготовил тесто и устроился на коляске возле плиты с лопаткой. Дима честно признается, что тесто сам готовить не умеет. Покупает смесь, в которую нужно добавить молока, а потом ставит в духовку, чтобы оно подошло. 

— Ничего себе, — удивляемся мы. — А мама не помогает?

— Конечно, помогает, но мы с женой не делим обязанности, — не смущается Дмитрий. — Один пост сдал, другой принял, пока другой на работе. Мама наша поехала на работу на велосипеде, потеплело, сейчас дороги чистые. 16 километров в одну сторону!

Дмитрию Соловью сейчас 35. У него редкое неизлечимое генетическое заболевание — миопатия Дюшенна-Беккера, при котором постепенно ослабевают мышцы. Оно похоже на миопатию Дюшенна, только не такое агрессивное. С Дюшенном больные доживают до 25-ти, иногда больше. Такую судьбу медики прочили и Дмитрию.

Дмитрий Соловей - Жить жадно
Дмитрий Соловей - Жить жадно

Как закаляла школа

Дмитрий родился в Минске в семье инженеров. Отец и мать познакомились еще студентами, вместе учились в политехе. И у мамы, и у папы была фамилия Соловей, одногруппники считали их мужем и женой даже когда повода для этого еще не было.

Вырос Дима на Бурдейного — в начале 80-х это была окраина Минска. До 12-ти лет был обычным школьником, проблем со здоровьем не замечал.

— Немного хуже сдавал нормативы, чуть медленнее бегал, чем остальные, — вспоминает Дмитрий. — Отправили к ортопеду. Тот — к неврологу. В 7-й больнице сделали генетические анализы и поставили диагноз — миопия Дюшенна.

Мама вышла из кабинета врача вся в слезах, ей сказали, что сын долго не проживет. Максимум — до 18-ти лет. Чуть позже такой же диагноз поставили и диминому младшему брату.

Последние девять лет Дима передвигается на коляске. Заболевание развивалось постепенно: сначала ходил сам, потом — с тростью, потом понадобилась коляска.

Последние девять лет Дима передвигается на коляске
Последние девять лет Дима передвигается на коляске

— Родители после этого посвятили нам всю свою жизнь, помогали и помогают сейчас. Мама и папа день и ночь были с нами. И они нам никогда не говорили то, что им сказали врачи. Что с Дюшенном мы не доживем и до 25-ти. Они жили с этим страшным диагнозом наедине, а мы узнали все только когда стали взрослые.

Если дома всячески поддерживали, то в школу Диме идти не хотелось из-за жестокого отношения сверстников и равнодушия учителей:

— Однажды, когда мне еще не поставили диагноз, мы всем классом приседали на физкультуре. Я тоже приседал, но чуть-чуть касался коленей. И учитель позвала всех и сказала: «Посмотрите как он ленится». И сама смеялась, и все остальные. Навсегда запомнил этот эпизод.

Дима вспоминает, как парни из параллели толкали его в сугроб. Толкали, подавали руку, поднимали и снова толкали. Просто потому, что его походка была не такой, как у всех. Учителя на травлю закрывали глаза. А сам Дима молчал, не велся на провокации и не отвечал на обидные слова.

— Было тяжело. Получать знания в этом месте не хотелось. Но это меня закалило, — говорит Дмитрий. — Теперь я знаю, что на дураков просто не нужно обращать внимание. Единственная благодарность школе — за пинок. Я понял, что нужно стремиться вперед, действовать, как бы ни было трудно, иначе тебя съедят.

133 ступеньки

После школы в 2001 году Дима снова вернулся в школу. Теперь — как секретарь. Он набирал и оформлял документы, делал презентации:

— Очень хотелось самому зарабатывать. На свой первый мобильный телефон я заработал сам, родителям отдавал часть зарплаты.

В этом возрасте, вспоминает он, захлестывала не только лень и хандра, но еще и мысли о том, что из-за болезни в жизни не получится найти свою любовь, что просто не достоин быть счастливым как все остальные люди.  

Настя — стоматолог. Они работают с мужем в одной стоматологии
Настя — стоматолог. Они работают с мужем в одной стоматологии

Настя — стоматолог. Они работают с мужем в одной стоматологии, но по сменам, чтобы так же по сменам быть с детьми.

— Еще в 2003 году встречался с девушкой месяца три-четыре, после чего она меня бросила в день рождения. Это была такая драма, из которой чуть вылез. Но даже после этого я не сдавался: гулял с девушками, ходил с ними на концерты. Но они держали меня в жесткой френдзоне. И только в 2008 году встретил Настю — свою будущую жену.

В то время Дима уже уволился из школы и в 2006 году устроился администратором в стоматологию. Ходить ему было все сложнее, на работу добирался с тростью.

— Настя пришла к нам работать стоматологом. Понравилась сразу, с ней было интересно разговаривать. Сначала просто общались, потом отношения начали развиваться. В итоге я переехал к ней на съемную квартиру, которая была прямо возле работы, — так началась моя самостоятельная жизнь, — вспоминает Дмитрий. — Я не верил, что это возможно. Что появится Настя, что я могу жениться, что сбудутся мечты про детей. Что после стольких лет издевательств я могу быть счастливым.

Двойняшки Вита и Мила ходят в третий класс, Юля в этом году пойдет в первый
Двойняшки Вита и Мила ходят в третий класс, Юля в этом году пойдет в первый

Восемь лет назад родились Вита и Мила. В это время Дима уже пересел на коляску — стало хуже после лечения в больнице, не смог ходить. Жена вышла на работу сразу после окончания больничного, а папа оставался с двухмесячными двойняшками. Кормил и менял памперсы, укладывал спать. Бывало, что ходили «в туалет» одновременно, папа снимал памперсы, а дети расползались по кровати, оставляя за собой разноцветные следы. Но справлялся. Двойняшки Вита и Мила ходят в третий класс, Юля в этом году пойдет в первый. 

Два с половиной месяца я на коленках поднимался и спускался на седьмой этаж. У меня даже специальные наколенники были.

Дмитрий до сих пор работает в стоматологии. Принимает звонки, регистрирует пациентов, рассчитывает их, ведет картотеку, отправляет корреспонденцию.

— Отношение на работе часто пренебрежительное. В чем-то даже жесткое, — говорит он.  

Долгое время, до переезда на съемную квартиру около работы, он добирался на работу на маршрутке: так хорошо общался с одним из водителей, что тот даже за дорогу не брал. 

В квартире есть настоящий зооуголок. Кот, рыбки, шиншилла и несколько хомячков.

— Было удобно, пока не начали менять лифт. Два с половиной месяца я на коленках поднимался и спускался на седьмой этаж. У меня даже специальные наколенники были. Там было 133 ступеньки, — вспоминает Дмитрий.

Сейчас семья живет в своей квартире, купленной по льготному кредиту с доплатой. Дима три года добирался на работу из Лошицы в Зеленый Луг на общественном транспорте с двумя пересадками.

— У некоторых колясочников, которые получили инвалидность после травмы, часто сильные руки, но у меня не получается на высокий бордюр запрыгнуть. Очень часто помощь люди предлагают — и я благодарен. За три года в общественном транспорте два раза видел девочку на коляске, и пять-шесть — парня с костылями. Или все инвалиды ездят только на личном авто, или они все дома сидят?

В квартире есть настоящий зооуголок. Кот, рыбки, шиншилла и несколько хомячков
В квартире есть настоящий зооуголок. Кот, рыбки, шиншилла и несколько хомячков

Дима считает себя счастливым человеком, но со своими тараканами в голове. 

Дима говорит, что сейчас живет с двумя по сути смертельными диагнозами. Кроме миопатии Дюшенна-Беккера, есть еще сердечный диагноз «кардиомиопатия» — сердцу сложно прокачивать кровь по организму, это тоже мышца, и она страдает от болезни:

— Иногда бывает сложно. Нужно справляться с трудностями: с бытовыми, с безбарьерными, с рабочими. Плюс преодолевать свои барьеры внутри себя. И я вас уверяю, это возможно. Безъбарьерность должна быть в первую очередь в голове. И жить нужно жадно, не жалеть кому-либо что-то, а брать от жизни все, будто живешь последний день. Оставить после себя много хорошего.

Мечты и планы

— Мое заболевание никак не лечится. Можно только поддерживать общее состояние, хотя, на самом деле, нужно лечить сопутствующие заболевания, — говорит Дмитрий. — В 2001 году я был на обследовании во французской Тулузе, там один из самых сильных в мире центров генетики. Но и там мне сказали, что могут выписать только поддерживающие препараты, но лучше уже не будет. Это как в анекдоте, когда человек после приема у психолога говорит: «Спасибо, доктор, мне стало хуже, но теперь я знаю, от чего!», — рассказывает Дмитрий.

Дима работает, но мечтает о своем деле: ресторане или кафе. Конечно же, инклюзивном. Но открыть свой ресторан стоит огромных денег. Хочет доехать на машине до Атлантического океана, но времени пока нет.

«Я часто шучу, что с детьми надо себя вести хорошо, чтобы меня в старости не сдали в интернат на Ваупшасова», — улыбается Дмитрий. 

Несколько лет назад Дмитрий стал членом общественного объединения «Геном», которое помогает людям с редкими генетическими нейро-мышечными заболеваниями. Миопатией Дюшенна, спинально-мышечной атрофией и другими болезнями, о которых простые люди даже не слышали. По неофициальной информации в Беларуси проживает около 700 таких детей и взрослых. Но точной цифры нет, Минздрав не ведет реестр подобных пациентов.

Жаль, что «Генома» не было в моем детстве

Большинство из подопечных «Генома» дети и молодые люди. Сейчас на попечении объединения 187 детей и взрослых со всей Беларуси. Проект собрал команду врачей, которые знают все о редких болезнях. Они консультируют семьи очно, по телефону или через соцсети. «Геном» помогает семьям гастростомами, трахеостомами, катетерами, специальным энтеральным питанием, подгузниками, средствами гигиены и продуктами. Помогает семьям собирать средства на аппараты искусственной вентиляции легких, коляски и другие жизненно важные приборы.

— Жаль, что «Генома» не было в моем детстве, — говорит Дмитрий. — Он очень помогает семьям и консультациями специалистов, и медицинскими расходниками. Важно, что он помогает и детям, и родителям. Потому что родители нуждаются в колоссальной поддержке. Они понимают, что у ребенка мало времени и ему нужно успеть дать все!

Сколько людей в Беларуси живут с таким же диагнозом, как у Дмитрия, точно не известно. Минздрав не ведет реестр.

Одно из направлений работы «Генома» — социализация семей. Для этого проект устраивает семейные праздники, встречи, экскурсии.

Несколько лет назад Дмитрий с белорусскими и немецкими друзьями организовывал десятидневные летние слеты для людей с инвалидностью и без нее и теперь мечтает их возродить для подопечных «Генома» — детей и молодых людей, которых болезнь приковала к постелям и коляскам в детстве и юности.

— Это очень важно, когда люди могут просто поболтать, поприкалываться, отдохнуть и в тоже время поработать над серьезными темами. Без этого какой смысл в жизни? Просто ездить по врачам и лечиться? И все? И это жизнь? — улыбается Дмитрий.

Как помочь

В нашей стране нет специальных программ поддержки детей и взрослых с редкими генетическими нейро-мышечными заболеваниями. Семьи, которые сталкиваются с редкими заболеваниями, часто оказываются в информационном вакууме и не знают, что их ждет и как правильно помочь своим детям.

Общественное объединение «Геном» оказывает комплексную помощь семьям. В этом году проект запускает выездную службу врачей в регионы. Команда специалистов — невролог, ортопед, специалист по энтеральному питанию, педиатр, специалист по ЛФК — будет выезжать в отдаленные уголки Беларуси, осматривать подопечных, давать рекомендации.

Имена собирают на оплату работы педиатра, социального работника, специалиста по ЛФК, менеджера проекта, который занимается поиском дополнительного финансирования проекта, директора, а также на обучение врачей за рубежом. Давайте поможем этому важному проекту. У каждого из подопечных «Генома» есть неизлечимый диагноз. Но мы можем дать им шанс стать счастливыми.

Татьяна Дорощёнок

Фото: Александр Васюкович

https://imenamag.by/posts/dima-bekker

Related posts

Leave a Reply

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Размер шрифта